Против течения. Избранное

Взмахну крылом, – поля у ног

качнутся, поплывёт жнивьё.

И на земле отбудет срок

бездомье вечное моё.

И над травой родных могил,

над чистотою светлых книг,

над болью тех, кого любил,

Зайдётся мой

прощальный крик…

1994

«…В день Воскресенья, взрывая гробы…»

…В день Воскресенья, взрывая гробы,

встанем на страшную песню трубы,

с плеч отрясая могильную тьму,

и в о п р а в д а н ь е протянем Ему —

хоть под ногтями! – немного земли,

той, о которой мы лгать не могли,

той, на которой извека стоим —

нищей, голодной, —

возлюбленной Им…

1983

«Как живётся тебе на далёкой планете…»

Как живётся тебе на далёкой планете

в благодати житейской, с удачей в руке?

Не с тобой ли счастливые, сытые дети

говорят на родном – на чужом! – языке?

Но однажды…

однажды ты вспомнишь иное:

снег слепящий, другое свеченье луны;

ветер плачет, и рвётся, и стонет, и воет

над простором забытым несчастной страны.

И тогда…

и тогда, отрешившись от блуда

срамословья, ты в памяти ясной познай

тёмный край,

светлый край ожиданий прощенья и чуда,

кроткий край,

страшный край, где тебя и в глаза называли иудой, —

этот грешный, святой —

и потерянный рай…

1995

«…Ещё потерь своих – на полпути…»

…Ещё потерь своих – на полпути —

не сознаёшь, влюблённый в звон таланта,

но поздней ночью у бессонной лампы

взгляни в себя, как в книгу, и прочти

всё сызнова.

рукой умелою спокойно и без дрожи

сними с души покров отмершей кожи, —

гляди в себя и, если можешь, плачь…

1982

«…но почему-то…»

…но почему-то,

когда услышу Родина, то мне

увидится и призрачно и смутно

не лунный свет на бархатной волне,

не зимний снег, не летний белый день

и не весны зовущие тревоги,

а та пора, когда и думать лень,

и клонит в сон, и странно телом слаб, —

продрогшие поля, разбитые дороги

и лица тёмные усталых Русских баб,

погасшие в заботах их убогих,

нависшие так низко облака.

И долгая – и вечная тоска.

Когда не верится, что есть и жизнь, и свет,

и смех людей, и людные места, —

а только эта церковь без креста,

холмов окрестных нищий силуэт.

И в колеях глубокая вода.

И колеи уходят в никуда.

1986

«У врат чистилища душа…»

У врат чистилища душа

одна стояла… Ангел белый,

её оставив, не спеша

прочь уходил.