Против течения. Избранное

)

1997

«…Тусклый день в декабре до конца поминать…»

…Тусклый день в декабре до конца поминать:

ветер пылью морозной сечёт по лицу,

а тебе в чистой, смертной рубахе стоять

на Семёновском – людном казённом плацу.

А потом в Заишимье ещё тосковать

и Сибирью брести, кандалами бряцать,

вспоминать запотевший спасительный крест, —

и в народе и вере спасенья искать,

озирая густеющий морок окрест

(кружат бесы, кривляясь, – и прячась во тьму),

и к народу и к вере спасаясь идти.

Но в прозрениях трезвых метаться уму:

ничего не спасти,

не спастись никому…

1995

На смерть отца

Как жить и петь, давно диктует враг.

В сплошном кольце бойцы стоять устали.

Всё проиграли? Всё ушло во прах?.. —

Но мы встаём с колен,

отец, —

и встали!

И есть невещный край, нетварный рай,

в дали незримой – золотой на сини, —

здесь отпущаеши, на жительство встречай

земных заступников, Небесная Россия…

2001

«…Мы не увидим никогда…»

…Мы не увидим никогда,

как вянет лето на исходе,

как бродит полая вода,

как тучи снежные заходят;

и будет пуст притихший дом,

где свечи траурные жгли, —

всё будет так…

А мы уйдём,

уйдём

путём всея земли…

2006

«Утром проснёшься – белым-бело…»

Утром проснёшься – белым-бело.

Плывёт в морозном тумане дом.

Птица-синица клюёт в стекло,

требует птица-синица корм.

Прибыло свету, короче тень,

воздух бодрит и без хмеля пьяный.

День Рождества Христова, день

жданный,

намоленный и желанный!

Глядя на пламя свечи своей,

вздрогнешь: и ты всем живым причастен.

Сколько их будет, таких вот дней, —

вспомнишь о них —

и пронзает счастье!..

2000; в деревне

«…За грехи…»

…За грехи

эта долгая тьма нам, святая моя,

за грехи!..

Тянет влагой ознобной с продрогшей реки.

Поздний час бесприютен, и глух, и незряч.

Сон далёко летит и свободен и волен.

И напрасно пытается ветер – хоть плачь! —

пробудить онемевший язык колоколен.

Что посеяли, то и пожали. Пора

возвращаться на кру ги своя – да отныне

кровь не будет водицей, и сталь топора

не коснётся сыновних голов, как вчера,

не ослепнут глаза в непомерной гордыне.

Вспомни прежнее дело Руси, затворя

телом ломанным, битым – дорогу с Востока.

Крепнет натиск, и жаркая тлеет заря…

И на б е л о м пути, как последний варяг, —

ты на Крестном своём

восстоишь одиноко.