Идущие навстречу. На перепутье

Хорвину сразу бросился в глаза белый конверт, что она сжимала в руке.

Он спросил сумрачно:

– Что тебе нужно?

Элиса протянула ему конверт.

– Я должна отдать тебе это. Ровина оставила тебе письмо.

– Письмо? – не отрывая взгляда от Элисы, он машинально взял конверт в руки. – Почему она пишет мне письмо, почему не хочет поговорить со мной сама? И почему передает это письмо через тебя? Какое ты имеешь к нему отношение?

На лице Элисы был вызов. Она твердо ответила:

– Об этом ты можешь прочесть сам.

В письме все изложено.

Глаза его скользнули к конверту и снова вернулись к Элисе.

– Ты знаешь, о чем это письмо?

Она утвердительно нагнула голову. Хорвин нервно стиснул конверт.

– Что ты натворила, пока меня не было? Что здесь произошло?

Она выдержала его пристальный взгляд.

– Прочти письмо, и ты все узнаешь.

Конверт белел в его руке. Ровининым размашистым почерком на нем было написано: «моему мужу Хорвину лично». Внезапно ему сделалось страшно. Он торопливо распечатал письмо.

Внутри находился один густо исписанный листок. Хорвин стал читать. Он прочел письмо один раз, поднял глаза на Элису и начал читать снова. Слова письма холодом отдавались у него в груди. Дочитав, он в третий раз пробежал глазами конец и поднял голову. Увидел элисин выжидающий взгляд. Напряженно сжал листок.

– Теперь ты мне скажешь, что произошло в этот день? Ты говорила сегодня с Ровиной?

Элиса гордо расправила плечи.

– Да, говорила.

– Что ты ей сказала?

– Правду.

– Какую правду?

– Правду о том, что я ношу под сердцем ребенка. Нашего с тобой ребенка.

К гневу, что тяжелой волной начал переливаться у него внутри, примешивался страх. Элиса стояла пред ним, и в черных глазах ее поблескивали торжествующие искорки. Жесткой рукой он стиснул ее ладонь.

– Почему ты сказала об этом Ровине? Почему не я узнал все первым?!

– Пусти! Да пусти же, ты мне делаешь больно! – Рванувшись, она выдернула руку и, отскочив, принялась растирать покрасневшую кожу.

 – Смотри, что ты сделал!

– Отвечай! – голос его дрожал от ярости. Отступив от него подальше, Элиса выкрикнула:

– Я сказала ей, потому что она должна это знать!

Он сделал шаг к ней.

– Где она?!

Элиса снова отступила.

– Она ушла.

– Куда ушла?!

– Она совсем ушла. Оставила нас с тобой вдвоем. Она отдала мне это письмо и ушла из дома.

Внезапно он почувствовал, что ему не хватает воздуха. Письмо выскользнуло из ослабевших пальцев.