Мёртвый поводырь

– Да вроде бы никаких!

– Понимаете, это очень важно, – настаивал Кустов, и только сейчас она с удивлением разглядела, что следователь, пожалуй, недурён собой. Волевой подбородок, глаза большие, выразительные, несколько грустные, губы яркие, как у накрашенной женщины, и никакого животика, какие распускают обычно многие мужчины в его возрасте. Он, правда, был небрежно выбрит, но это ему даже шло, самое главное, что Кустов был высокого роста, что ассоциировалось с её покойным мужем, а ей не импонировали мелкие мужчины.

Был он чуть-чуть сутуловат, однако это его нисколько не портило, наоборот придавало мужественность его облику. Она отметила его орлиный нос и необыкновенно красивые бархатистые, тёмные, дугой, будто нарисованные брови, заострила внимание на крупных геркулёсовских руках, и внутри у неё что-то сладко заныло. Но она не подала виду, что её заинтересовала его внешность, и как можно безразличнее смотрела на него, прикидывая, сколько же ему лет. « Если тридцать пять, то он младше меня. Женат ли он, а может, вдруг холост… нет, такие интересные мужчины, как правило, свободными не бывают, хотя всё может быть… вдруг его жена умерла! Нет, наверное, ему все сорок, у глаз гусиные лапки и у рта крупная складка. »

«Господи, – опомнилась она, – а мне-то какое дело, да, но

почему он буквально пожирает меня глазами?» Последняя деталь чрезвычайно тешила её самолюбие.

Тут со свойственной ей непринуждённостью вмешалась зорко следившая за ними Пелагея Петровна.

– Как так, никаких отношений! Ты, девка, поди, запамятовала! Сколько раз они, голубчики, водку вместе лакали!

Ксения вспыхнула, как спичка: « Господи, как матери в самом деле не стыдно! Бедный Лёша, ему и мёртвому нет от неё покоя!»

А тем временем сын, вслушиваясь в разговор взрослых, оторвавшись от тетради, тоже подал свой голос.

– Мама, – напомнил он, – а помнишь, к нам приходил ещё в прошлом году дядя Коля, и отец дал ему взаймы денег? Потом папка всё ворчал, что он долго не возвращает долг. Припомни-ка!

Ксения порылась в памяти и подтвердила сказанное сыном.

– Алексей, кажется, ему 50 тысяч одолжил, он нам их так и не отдал. Вообще, вы знаете, мой муж был кроткий, как голубь. У него была характерная черта – не жалеть, извините за каламбур, ни черта для чужих людей. Я его часто за это пилила, иногда сами сидим на мели, а он последнее отдаёт.

Направляясь к Денисову, жившему через дом от Бутыриных, заметно повеселевший Кустов тихонько насвистывал.