Мёртвый поводырь

Она дрожала от страха в этом незнакомом месте, уже надвигалась ночь, всё вокруг принимало загадочную окраску, а она в отчаянии плутала одна в этих таинственных лабиринтах и никак не могла выбраться. Хотела позвать кого-нибудь на помощь, чтобы, наконец, вывели её наружу, но изо рта вместо крика, как это часто бывает, вырвался лишь цыплячий писк. Споткнувшись об огромный камень, она стремительно полетела вниз головой в какой-то мутный глубокий бассейн, слышно было, как в жуткой тишине плескалась грязная вода. Она с ужасом почувствовала, что вот-вот захлебнётся в этой отвратительной жиже, как вдруг чья-то сильная рука живо подхватила её, как былинку, и ловко, не причиняя боли, вытащила наверх.

– Да это был он, Алексей, он, как всегда, не опоздал, и мир у неё засверкал сразу всеми радужными красками. Она с радостью увидела, что жуткая ночь растаяла, он с удовольствием помог ей выбраться из этого мрачного замка, и они вскоре оказались в изумительном сказочном месте. Красочный ландшафт предстал перед их взором.

Прямо у их ног расстилалась большая, залитая солнцем лужайка, окружённые изумрудной травой, стояли, покачиваясь на лёгком ветру, карликовые деревья, над ними весело порхали диковинные разноцветные бабочки, сверху шумел причудливый водопад, а кругом простирались чудные лианы винограда и, будто дразня их, колыхались на деревьях крупные янтарно- оранжевые мандарины, из которых, того и гляди, брызнет сок. Алексей осторожно сорвал несколько штук и, старательно очистив, отправил ей сочные сладкие дольки в рот, так он делал и раньше.

– Я знаю, ты их любишь, – снисходительно проговорил он и нежно погладил её разбросанные в живописном беспорядке пышные волосы.

– Но где же, ты мой друг, пропадал? Я так тебя ждала, а ты всё не шёл и не шёл, – как маленькая, надув губы, пожаловалась она и, кокетливо поводя плечами, она плавно изогнулась перед ним и не вытерпев, похвасталась:

– Я ради тебя, между прочим, даже бельё красивое купила. Только сегодня забыла одеть.

– Ты и так самая прекрасная в мире, только у тебя одной, моя прелесть, такие необыкновенные глаза-васильки, ты у меня как сказочная фея, – восторженно, как заклинание, повторял он и, наклонившись к её уху, шепнул слова, ввергшие её в краску.

– Мне всё равно, в чём ты одета, ведь я всё это буду снимать!

Она стыдливо отвернулась, но гибкое по- девичьи тело её замерло в сладком ожидании. Она вся напряглась и с нетерпением ждала его ищущих рук.