Небесный замысел любви. МИР ДВОИХ. Необыкновенная история любви, непознанная разумом человека. Книга четвёртая

Валентина, жуя, подошла к окну с хлебом в руке, посмотрела в окно, открыла широко глаза: «Ничего себе! Что он здесь делает?»

– Так ты его знаешь? – спросила мать.

– Да, это Григорий Вишневский, хороший парень.

– Так он к тебе пришёл? А что ж он не позвонил в дверь и стоит под дождём? Иди, выйди к нему, он же весь промок.

Валентина положила бутерброд и быстро вышла.

Мать продолжала смотреть в окно: «А парень, видный. Отец, посмотри, жених стоит под дождём, мокнет. Сергей, слышишь?»

Отец встал, подошел к окну, пригляделся: «Так это Грант, я его знаю… Так он к Людмиле пришел, ей же сказать надо».

Мать удивилась: «А откуда ты его знаешь?»

– Знаю, – улыбнулся отец.

Отец вошёл в комнату, посмотрел поверх очков на дочь: «Люся, дочка, оторвись, там к тебе пришли».

– Ко мне? Кто? – Мила оторвалась от тетради, посмотрела уставшими глазами на отца.

– Твой Грант. Стоит под дождём, а чего он не позвонит в дверь-то? – улыбнулся отец, сняв очки.

Мила не отозвалась, прикрыв рукой, опустила глаза, потёрла лоб.

– Люсь, ты чего перезанималась? Я говорю, там Грант стоит под дождем.

– Пап, я слышу. Меня нет дома.

– Как нет дома? Вы, что поссорились что ли?

– Нет. Просто меня нет дома… пап, прошу…

– Ну это у тебя не получиться уже, Валя к нему вышла.

– Да? Ну и хорошо. Пусть общаются на здоровье.

– Не понял? Ты хоть встань, посмотри… Он же к тебе пришёл.

Хлопнула входная дверь.

Мила оторвалась от книг, откинулась на спинку стула, посмотрела на отца, вздохнула.

Вошла Валентина, мокрая от дождя: «Люся, он просит, чтобы ты вышла», – тихо сказала она.

Мила закрыла уставшие глаза, наклонила вниз голову:

– Я не пойду.

Отец вздохнул и молча вышел, оставив дочерей разбираться в их девичьих сердечных делах, – так он подумал.

– Почему? – усмехнулась сестра.

– Мне совсем не до разговоров. У меня ещё много дел.

– А что между вами происходит?

– Ничего не происходит.

– Тогда зачем он тебя вызывает?

– Понятия не имею и не хочу ничего знать.

– Да ладно тебе! Какие дела, ты сидишь весь вечер. Выйди хоть на пять минут. Он там весь уже мокрый. Неприлично так себя вести.

– Согласна. А ты скажи ему что-нибудь, чтобы он не чувствовал себя неловко от этого.

– Что я ему скажу? Что у тебя голова болит, и ты лежишь при смерти? – раздражённо ответила сестра.

– Нет. Это не правдоподобно.

– Тогда что? – сестра начала злиться.