Это офис, детка!

Это было немного страшно, но и приятно в то же время. Я не могла оторвать глаз от сцены, где порхали легкие, как перышки, девушки в красивых костюмах. При каждом их прыжке я чувствовала, что тоже прыгаю, взмываю ввысь, туда, откуда сыплется легкий белый снежок и струится синеватый морозный свет…

Когда объявили антракт, я, моргая заплаканными глазами, сказала:

– Мамочка, отдай меня в театр. Я хочу быть балериной.

– Глупенькая, ну какой балет в нашей Балашихе? Мы с тобой еще раз в Большой приедем, если хочешь.

Хочешь? Тебе же понравилось?

Мы вернулись домой только на следующий день, переночевали у маминой студенческой подруги. Едва добрались до квартиры, я сразу провалилась в сон, совершенно измученная событиями и впечатлениями такого длинного и насыщенного дня. Один раз, полупроснувшись, услышала, как мама пересказывает наш разговор в театре, повторяя: «Глупенькая девочка, ну какая из нее балерина?»

После окончания института я какое-то время поработала в школе, но скоро поняла, что на такую зарплату долго не проживу.

Мама, учительница английского языка, уговаривала не делать глупостей, потерпеть. Терпеть мне не хотелось, а уж тем более не хотелось копить годами на приличную шубку или югославские сапожки. Мамины лодочки, в которых она была со мной в Большом, носились лет десять, пока я, разозлившись, не выбросила их в помойку. Мама потом со мной неделю не разговаривала, а бабушке по телефону жаловалась, что я выбросила ее «почти новые» туфли.

Девчонки из Мориса Тореза, с которыми я познакомилась на летней практике, рассказали, что туристические компании активно набирают гидов для работы в Египте – туда валом хлынули российские туристы. Английский у меня был очень даже приличный, немецкий похуже, но руководству этого было вполне достаточно, чтобы заключить со мной трехмесячный контракт.

За три дня до выезда мне сообщили, что концепция поменялась и я еду в Грецию. Мне было до лампочки: за границу я не выезжала ни разу, куда пошлют, туда и поеду.

Настроение было задорное, тем более, что мою подругу Зойку тоже взяли.

– Анюта, мы же вытащили лотерейный билет, ты понимаешь! Денег заработаем, с какими-нибудь симпатичными греками познакомимся. А там, может, и замуж!

– Дура ты, Зойка, ветреная особа! – смеялась я. – Нас же на работу взяли, а не женихов искать. Не знаю, как ты, а я собираюсь работать серьезно.