Неразбавленные пустотой

Это не только любовь к человеку или Богу, но и любовь к красоте, жизни.

Есть такие места, где Вселенной становишься частью,

Где никто и ничем не нарушит душевный покой.

Там-то, в «таких местах», и посещает человека истинная любовь. Когда душу не мучают лишние тревоги, когда весь мир говорит с тобой, когда смотришь в себя и себя до конца понимаешь.

И под утро, взирая на дымкой подернутый остров,

Где багряным румянцем пылает над морем заря,

Как охочий до счастья и верящий в чудо подросток,

Знать, что жизнь глубока и дана, как святыня, не зря!

Жизнь дана не зря каждому из нас, а не только великим и знаменитым.

Тогда удастся и самому выйти на открытое пространство.

Оргкомитет I Международного литературного фестиваля им. А. С. Пушкина

Крым, 2019

В опере

Как неожиданно голос меняет тембр,

С новой окраской срывается на фальцет…

Музыка льется, слегка ускоряя темп.

Ария Верди, Египет, страны расцвет.

Диву даешься, по сути – чужой язык,

Звуки же сердцу – волнений девятый вал.

Сколько вложила Аида в предсмертный крик

Боли и горя, трагичен ее финал!

Звучный аккорд уронила флейтистка в зал.

Слезы не скроешь, пульсируют нити жил.

Музыка смолкла, ее ураганный шквал

Радость небес и страданье земли вместил.

Смейтесь, люди

Только чудо Господне сравнимо

С тем, что дарит нам искренний смех.

Укрывают крыла Серафима

От печалей смеющихся всех.

Смейтесь, люди, задорней и чаще,

Потому что в привольной среде

Чистый смех уготован на счастье,

На слияние пылких сердец.

Смех на завтрак, улыбка на полдник,

Ужин – время душевных бесед.

В том, что я этой нежностью полнюсь,

Ничего в мире радостней нет!

О русской словесности

Какой бесценный дар для нас романы Грина!

Прекрасная Ассоль, неутомимый Грей.

За детские мечты, отсутствие рутины —

За все благодарю своих учителей.

Наверно, не найти таких, кто не врывался

Умом и сердцем в мир фантазий без границ,

Где три богатыря, Горыныч мчится галсом,

Где поп нашел Балду, где франт любил девиц.

В такой наследий пласт как веку не вместиться?

Есть Бунин, есть Куприн – высокой прозы фланг.

Светлее оттого, что гений Солженицын

За лакомый кусок не продал свой талант.