Свет небесный

Как он не старался, не мог достичь сходства, изображение выходило карикатурным, лишенным поэтической одухотворенности. Не получалось целостного психологического образа. Как истинный художник, пусть неосознанно, Быстров почувствовал за внешней благопристойностью Сергея Петровича скрытый от внешнего взгляда иной мир, скорее всего – не очень привлекательный. И он загорелся непреодолимым желанием разгадать психологический ребус, иначе работа почтальона теряет духовно притягательную познавательность.

Ребус?

Близился новый год, но не чувствовалось предпраздничного настроения – всему виной отсутствие снега и сильные заморозки, из-за которых откладывались работы по художественному оформлению города.

Присутствие в заиндевевшем городском пейзаже легко одетого почтальона в некотором смысле поднимало жизненный тонус горожан, но вызывало неоднозначные улыбки.

– Слушай! – встал на его пути плотно упакованный в шубу долговязый, еще не старый, трясущийся мужичок. – Ты сделал вызов зиме. Постой…

Без сомнения, не мерзнущий и не унывающий почтальон благоприятно влиял на всеобщее настроение, своим появлением приближал долгожданный праздник.

Естественным образом шутливое замечание человека в шубе вызвало идею воспользоваться гостеприимством Сергея Петровича, перекинуться парой слов, заодно сделать перерыв в профессиональном марафоне. Поднялся к двери разгоряченный, окутанный инеем и паром, опустил руку на звонок. В квартире слышался приглушенный голос хозяина, но шаги… энергетика… И дверь нервно вздрогнула.

– Вам чего надо!? – Марина скривила крашенный рот. – Его нет!

– Как нет… я слышу.

– Чего тебе надо!? – Она переступила порог, прикрыла за собой дверь и процедила: – Если придешь к Сергею… ну, еще хотя бы раз, я пойду на почту, и тебе мало не покажется.

Иван громко расхохотался. Возмущение и протест жены Сергея Петровича выглядели нелепыми, и он искренне смеялся, наслаждаясь, как и полагается истинному художнику, крайней абсурдностью заявления. Так что женщина опешила, вытаращив и без того огромные глаза.

Если бы не соблазнительно вздымающаяся грудь, то можно принять за умело выполненную восковую фигуру.

– Простите, вы, наверно, кушали семечки, и… Видите ли, шелуха залепила пару зубов, и мне показалось… Сами взгляните в зеркало.

Она дернулась, как если бы ее огрели крепким сыромятным ремнем, отступила назад, хлопнула дверью перед носом Быстрова. Донесся визгливый крик, потом все звуки потонули в истеричном смехе.