Автопортрет. Стихотворения. 1958–2011

Все ль равно в низах и высях:

там звезду в стихи

сковырнул, там искру высек

и вознес в верхи?

Все равно, когда зарею —

золотой метлой

заметет все – все закроет

голубою мглой.

«Есть предрассветное единство…»

Есть предрассветное единство

сознания и бытия,

когда звезды упавшей льдинка

осветит почек острия,

а все высоких рощ убранство

уже под инеем в ногах,

и вдруг означится пространство

миров – цветами на лугах.

И не звезде в кончине быстрой

возобновление прозреть:

Вселенной быть и божьей искрой

в глазах ничтожества сгореть!..

«Влюбленный два мира объемлет…»

Влюбленный два мира объемлет:

в объятиях женщина дремлет,

утишились в ней два ненастья,

две муки – усталость и счастье,

и локоть доверчиво согнут.

Забылись часы и не дрогнут,

и медленно время влачится

дыханием по ключице,

которым влюбленный и занят.

Тем временем в кране на кухне

холодная капля набухнет

и посюсторонностью грянет.

«Люблю прикосновенье трав…»

Люблю прикосновенье трав,

перемещающийся воздух

да искры жаркие костра

в сквозящих звездах.

Но здесь, близ вечности самой,

открывшей щелку,

я все равно хочу домой —

к жилью, к поселку.

    Новосибирск.

Погудки

«Вот со смертью…»

Вот со смертью

бессмертие —

шляются.

Смерть идет,

смерть бредет,

что попало

берет,

а бессмертие —

разбирается!

Колыбельная

Голубая ночка,

тихая кроватка.

Баю-баю, дочка,

баю-баю, сладко!

Спят в твоей коляске

куклы, погремушки.

Баю-баю, глазки,

баю-баю, ушки!

Дремлют в небе тучки,

во поле дорожки.

Баю-баю, ручки,

баю-баю, ножки!

Вырастешь большая,

выспишься уж редко.

Баю-баю-баю,

баю-баю, детка!..

НОЧЬ

Затронутые закатом

роднятся предметы,

пора музыкантам

пробовать инструменты,

голубок прирученных

пальцам ласкать,

листьям беззвучию

рукоплескать,

звездному отточию

высыпать пора.

Прозревшему ночью

ослепнуть с утра.