Настя и кроличья лапка / Остров / Мазок. Три повести

– А полотенце какое можно взять?

– Там белое с синей полосой висит.

– Спасибо.

Подруга скрылась. Дверь щелкнула. Все, занято надолго, не пробьешься. Да, вздохнула Настя, складывая в мойку стаканы, Янке палец в рот не клади, откусит. С минуту она смотрела в холодильник, размышляя, что готовить на вечер. От курицы осталось совсем чуть-чуть, торт Юрчик, видимо, доел вчера. Вдвоем они вполне обошлись бы салатом и бутербродами с сыром. Но стоило держать в голове и Юрчика, а ему, пожалуй, когда вернется, необходимо будет что-то посущественней.

Ах! Настя сорвалась с места. Разве это важно? Телевизор! Новости! Юрчик!

Минут пять она металась в поисках пульта. Помнила, что он был где-то в комнате, но совершенно не представляла, куда только что его засунула. На подлокотниках его не было, за диванными подушками не было, на столике, в тумбочке за стеклом, под газетой, на полу – не было нигде.

Рванула на кухню, мимолетно уловив, как шипит в ванной вода. Здравствуйте! Пульт вполне себе невинно лежал около хлебницы.

Вода все так же безостановочно шипела за дверью ванной комнаты. Уже у дивана, включая телевизор с пульта, Настя услышала то ли всхлип, то ли горловой звук. Повернула голову, но звук не повторился. На экране тем временем возникла местная студия, в интерьерах которой обживали кресла два вполне упитанных человека, разговор шел о ЖКХ.

– А скажите, есть ли какое-то средство борьбы с самоуправством управляющих компаний, которые, как мы знаем, нередко не только завышают тарифы для жильцов, но и начисляют им суммы за «левые», не имеющие непосредственного отношения к обслуживанию дома услуги? – спрашивал один.

– Конечно, есть, – энергично кивал другой, – во-первых, управляющая компания ежегодно обязана отчитываться перед жильцами. Обязана предоставить им все цифры. И объяснить, почему та или иная цифра…

Господи! Что она слушает! Настя убавила звук.

– Яна!

Она подошла к ванной комнате.

– Янка!

Настя повернула дверную ручку. Заперто не было. Одежда лежала на полу. Съежившаяся, голая подруга сидела на дне ванны и ревела, пряча лицо в ладонях. Сдвинутая душевая головка била холодными струйками в стену.

– Яна.

Настя подхватила подругу под мышки, вытаскивая ее из ванны. Яна не сопротивлялась, Яна повисла на ней, содрогаясь всем телом.