Настя и кроличья лапка / Остров / Мазок. Три повести

Если можешь и хочешь, не реви, а действуй. И, знаешь, поняв это, я выкинула придурка из головы. Где он? Что он? Меня это совершенно не волнует и не беспокоит. Разошлись, как в море корабли.

– А мне что делать? – спросила Яна.

– Погоди.

Настя сходила на кухню, заварила зеленый чай в чашках, принесла их в комнату. Затем пришла очередь бутербродов с сыром.

– Я думаю, тебе надо определиться, – сказала Настя, поставив блюдце перед подругой.

– С чем? – невесело спросила Яна.

– С тем, оставишь ты это в прошлом, или попытаешься исправить сделанное.

Подруга перевернула ногтем сырный ломтик на бутерброде.

– Как исправить? В прошлое не вернешься, слова и дурь обратно в голову не затолкаешь. Артем меня на порог…

Говорила она все тише и тише.

– Ну-ка! – Настя чуть не грохнула кулаком по столу. – Бери хлеб.

– Что?

– Хлеб бери! – повысила голос Настя.

Яна поймала бутерброд в пальцы.

– Теперь сверху – ложку меда.

– Настя…

– Клади!

Меда было прихвачено – на кончике ложки, но Яна послушно размазала его по сыру.

– Теперь кусай.

– И что?

– Кусай.

Яна откусила от бутерброда.

– Жуй, – сказала Настя.

Яна со вздохом задвигала челюстями.

– И пей, – Настя подвинула к подруге чашку.

– Но ведь об этом должны думать сами жильцы, – проклюнулся вдруг голос из телевизора. – У них есть это право! А когда они, простите меня, начинают кричать, что их обманули, мне хочется посмотреть им в глаза…

Настя с пульта выключила звук.

– Ну, как? – спросила она подругу.

Та шмыгнула носом.

– Ты про вкус?

– Я про то, что когда ты начинаешь что-то делать, слезы кончаются сами собой.

Яна обмахнула мокрую щеку тыльной стороной ладони.

– И что? Думаешь, стоит позвонить Теме? – она с надеждой посмотрела на Настю. – Ну, если действовать. Если я хочу оставить Солодовского… – последовал судорожный вздох. – Глубоко в прошлом.

– Это зависит только от тебя, – сказала Настя.

– Я столько всего…

Яна замолчала, губа у нее задрожала, глаза вновь заволокло влагой.

– Ну-ка, хлеб, мед! – прикрикнула Настя.

– Я так растолстею.

Подруга затолкала в рот остатки бутерброда.

– Ты посмотри в себя, – мягко сказала Настя, – спроси себя, сможешь ли ты с Артемом… сможет ли он с тобой…

Яна зажмурилась.

– Я не знаю.

Настя и предположить не могла, что ей придется тормошить, убеждать и поднимать настроение всегда уверенной, быстрой, целеустремленной и бойкой на язык подруге.