Настя и кроличья лапка / Остров / Мазок. Три повести

– Ай, как хочешь!

Кярим Ахметович, растеряв энтузиазм, тяжело опустился на бетон с полки, на которую забрался ногой в сандалете.

– Что за люди? – пожаловался он Лаголеву. – Ты к ним с хорошим словом, а они у тебя не то, что купить ничего не могут, остановиться не хотят.

– Время такое, наверное, – сказал Лаголев.

– Ай, Саша! – эмоционально заметил Кярим Ахметович. – Тебе ли говорить о времени? Ты опоздал, подвел меня!

– Но…

– Все, стой, продавай. Ценник видишь? Вот. Одна помидорка лишний – не страшно.

По товару Левончика проси, он подвезет, что надо. Все есть, черешни нет. Я, если что, у шашлычной на заднем дворе.

– Их там две.

Кярим Ахметович, удаляясь, пожал плечами.

– Мне и там, и там рады.

– Я понял.

Напоследок Кярим Ахметович указал пальцем в небо. То ли Бог следит за тобой, Саша. То ли, «видишь, какую умную мысль сказал».

Лаголев застегнул халат на две пуговицы. Он еще пах женскими духами Гульнар. Что продаем? Все продаем.

Обойдя стол, Лаголев проверил ценники, поздоровался с Рахматуллой, стоящим за местом номер тридцать два, затем устроил небольшую ревизию электронным весам и запасам на полках под прилавком.

Люди шли мимо. Впрочем, какие же это люди? Это потенциальные покупатели, обладатели кошельков и бумажников. Звериный оскал измененной реальности – вместо людей видеть денежные знаки, которыми они могут с тобой поделиться.

Как всегда пришлось сделать над собой усилие, чтобы выпихнуть из горла первые слова:

– А кому помидоры? Красные!

Показалось, эхо зазвенело под фермами, устроив перекличку с воробьями.

Но дальше пошло легче.

– Покупайте огурцы, редис, зелень!

Ничего-ничего, думал Лаголев, хочешь жить, умей вертеться. И так все орут, слева орут, справа орут, над головой орут. Чем я хуже?

Кто виноват, что это у тебя, в думалке твоей, стоит психологический барьер? Родители виноваты? Светлое прошлое? Или коллективное бессознательное? Не любишь драть горло? Научат. Жизнь научит.

Ах, тебе казалось, что это неприлично? Коробит тебя? Извините – вас. Конечно же, вас. Коробит вас?

Топор в руки – и вперед.

Тут ведь как? Тут или примиряешься с действительностью, или сходишь с ума и гоняешь кого-нибудь по сугробам.

– Подходите! Подходите! Помидоры розовые, мясистые! Бычье сердце! Астраханские! Черри! Идеальные для засолки огурцы. Без горечи!

Люди плыли, как цветные облака. Джинсовые, ситцевые, шерстяные, хлопчатобумажные.