Кучер вдохновения. Стихи разных лет

Один – бултых, другой туда же,

и третий в воду с головой.

Лишь Саша, выпачканный в саже,

нырять не хочет за братвой.

Стоит на пристани он шаткой

как во хламиде Пифагор.

Теперь послушаем украдкой

героев наших банный спор:

– Я что-то нынче не пропарен…

– Но ты, блин, красный, словно рак!

– Нет, ошибаешься ты, парень,

хочу сказать тебе, чувак,

что после бани… – Да заткнись ты!

– Вон, Игорь скажет, что я прав…

– Ты должен быть совсем пятнистым.

– Как леопард? – Нет, как жираф…

– Сегодня пар не слишком крепкий.

– Зачем ты веник притащил?

– Черт, ноги ободрал о ветки!

– А что, здесь водятся клещи?!

– Сейчас бы девок! – Лучше пива!

– Да хрен вам! С медом будет чай.

Еще варенье есть из сливы…

– Э, Миша, Миша, не скучай!..

Мы вновь карабкаемся в баню,

затем опять бежим к реке,

под ритм, что дятел барабанит,

в бору сосновом, вдалеке…

О спины обломаем веник,

для нас, поверьте, – не предел.

– Эй, банщик, что застыл, бездельник!

Совсем, приятель, угорел?

– Тебя мы снова потревожим,

а ну, давай, вооружись!

Раскрыты поры.

В меня опять вдохнули жизнь!

Не зря собрались мы, недаром.

Бескостны стали, как ужи.

Ну, все, ребята, с легким паром!

Теперь неделю можно жить.

Сошла короста, грязь и накипь —

с души. Пусть буду вам пример —

носящий орденские знаки,

Ордена Бани кавалер.

Кремлевская диета

Собою был доволен я вполне:

и вес, и рост – всегда в пределах нормы.

Молва пошла, что жутко располнел,

хотя, любви – размеры все покорны.

Себя, боялся, вряд ли изменю,

но избран был преемником во власти.

И твердою рукою из меню

я вычеркнул мучное, пиво, сласти.

Катаюсь с гор, играю в бадминтон,

работаю российским Президентом,

имею крепкий и здоровый сон.

Моя диета стала прецедентом.

Уменьшился, наверное, на треть,

и вот чего могу сказать вам братцы:

коль скоро захотите похудеть,

пора вам в президенты собираться.

О лошадях

О лошадях скажу вам, братцы,

что их не нужно опасаться.

Ведь лошади добры душой,

такой же, как их рост, большой.

У них печальные глаза,

которым есть чего сказать.

А их нестриженые гривы

растрепаны полуигриво.

А их натруженные спины

ни в чем, поверьте, неповинны.

А их железные подковы —

уже давным-давно не новы.

А их ребристые бока

о шпоры вытерты слегка.