За тридевятью морями

И вот он видит, что из Гастронома выходит Мария и идет домой как раз мимо поджидающего ее в машине грузина. Когда девушка поравнялась с машиной, распахивается дверца, и из машины вылезает красивый, молодой грузин с розами. Он направляется наперерез кубинке, и в это время водитель машины тоже вылезает из машины и спрашивает грузина громко, чтобы слышала Мария:

– Отари Андросович, Вам завтра машину как всегда подать к девяти утра к подъезду?

– Да, Миша. Как всегда, к дому утречком.

– А сейчас, Отари Андросович, я могу быть свободен?

Грузин уже загородил собой дорогу Марии, которая вынуждена остановиться.

– Да. Конечно. Гуляй до завтра.

В это время водитель, которому пришла в голову идея, быстро идет от машины к грузину.

– Что еще, Миша?

– Отари Андросович, извините меня ради бога, но выручите меня до завтра. В ЦУМе куртки финские продают, «аляски», такие с капюшоном, знаете. Мне двухсот рублей не хватает. Одолжите, пожалуйста, до завтра.

Грузин опешил на мгновение, но, продолжая широко улыбаться Марии и красоваться перед ней, достает из толстого желтого портмоне две сторублевки и дает их водителю.

– Нет вопросов! Пожалуйста!

Водитель спокойно кладет деньги в карман.

– Вы очень щедрый, Отари Андросович! Спасибо Вам большое. Завтра верну.

Грузин наклоняется к водителю и говорит тому шепотом на ухо:

– Молодец! Уважаю!!!

Водитель садится в машину и уезжает навсегда. Грузин протягивает Марии цветы, но та от них увертывается.

– Казаться доступной, но быть недотрогой, вот верх совершенства!

– Я кажусь Вам доступной?

– Дэвушка! Вы меня сразили наповал! Я у Ваших ног! Примите мой скромный букет! Только одно Ваше слово и такие букеты будут у Вас под окном каждое утро! Меня зовут Отари.

– Но я не к Вашим!

Мария обходит грузина, но тот, не отставая от девушки, следует за ней по пятам…

За столом, застеленным зеленой скатертью, сидят шесть членов бюро во главе с Секретарем Райкома комсомола. Секретарь смотрит на часы.

– Так.

– Пять человек, – отвечает ему один из членов бюро.

Секретарь шепотом считает:

– Пять на десять. Пятьдесят. Мне в 15 часов надо быть в Горкоме партии. Опаздывать нельзя. Какие будут предложения? Переносим их на другой день? Неудобно. Они готовились.

– Может, запустим всех, кто остался, сразу? – предлагает другой член бюро.

Секретарь обводит свои суровым взглядом все членов бюро:

– Возражений нет? Давайте.