Четыре времени ветра

Среди этих альтруэгоистов, бескорыстно (и безнадёжно) любящих себя, популярен так называемый изменяемый мнемонизм – монистическая точка зрения, согласно которой всё существенное исходит из меня и принадлежит мне.

Но даже те, для кого этот изменяемый мнемонизм и есть весь ответ, очень часто мучаются, пытаясь понять, какой на него был вопрос. (Поиски вопросов под найденные ответы – любимое занятие в Глаголандии). С годами это подответное вопросоискательство становится непосильной ношей для альтруэгоистов, которые вынуждены всё время таскать на себе своё раздувшееся эго.

Ибо иго глагу эго его.

По вечерам, когда уставшие глаги лениво и страстно разглагольствуют на кухнях и альтруэгоисты задают свои вечные ответы, квартиры гудят, словно разбуженные ульи, и специально назначенные силлабы собирают словесный мёд их разговоров. На следующее утро они продают его на базаре, а иногда даже (и по более дорогой цене) в Отделе Дознания Грамматической Службы.

Глаголандская аристократия – однословия, каждое из которых уже особое литературное произведение – живёт в особняках недалеко от Университета. (В настоящем Путеводителе авторские однословия, например «Глаголандия», выделены курсивом. Сам Путеводитель задуман как введение в филологическую географию Глаголандии. Особая природа страны требует и особого языка для её описания. Лексика этого языка построена на однословиях.)

Последние пару лет в районе однословий идёт большое филологическое строительство.

У каждого из однословий (как, впрочем, и у всего Путеводителя, и у его Составителя) свой лирический герой, связываться с которым не рекомендуется.

Остальные глаги относятся к однословиям со смешанными чувствами восхищения их самозавершённостью и неприязни из-за того, что никогда не знаешь, с кем общаешься – то ли с лирическим героем, то ли с самим однословием.

Из-за нехватки и дороговизны жилья часть глагов переместилась глубоко в виртуальное пространство.

Тут они молятся, виртуально осемиотившись, означив себя именами несуществующих пользователей, перед увитыми розами иконостасами на экранах. Под густое жужжание твёрдых дисков они копошатся белыми пальцами в клавиатурах, изгоняя компьютерных бесов из своих лоптопов. Обмениваются секретными интернеторождёнными симулякрами. Ловят новые слова в свою интернетную Сеть.