К северу от первой парты

И, кстати, не отличник учебы, вопреки тому, что он привык рассказывать местным…

Впрочем, деваться все равно было некуда. Комиссия – не зарплата, приходит точно в срок. Москва не поскупилась, и в заявленный день, в поселок Березовск прибыл отборный десант маститых столичных педагогов, отправленных исследовать состояние образования в глубинке. И кого тут только не было, и химики, и физруки, и литераторы, и политинформаторы, все как один со стажем и наградами. И все против одного-единственного Матвея.

Со своей стороны, комиссии тоже приходилось несладко.

Члены ее заметно оторвались от трудящихся масс. В своих златокупленных и твердокаменных столицах они расслабились и позабыли, каково оно, за пределами Москвы. Потеряли связь с народом…

Народ же, тем временем, пребывал в полной боевой готовности. И к встрече дорогих гостей подготовился основательно.

Так что путь к местной школе выдался у москвичей воистину тернистым. Для начала им пришлось пережить экскурсию в передовой сельский свинарник.

Потом принять участие в торжественном партийном собрании. И, наконец, в финале – выжить в мясорубке деревенского праздничного стола.

К первому уроку столичные мэтры не встали. Сила их воли была велика, но не настолько, чтобы тягаться с похмельем от лучшего самогона Семеныча. Ко второму тоже.

Матвей уже даже понадеялся, что и вовсе не придут. Но для настоящего советского человека Долг – не пустой звук. Ради Просвещения, мэтры были готовы на жертвы. Они нырнули в ледяные пучины местной речки, с содроганием тяпнули по стопке вчерашнего самогона и прочитали все мантры с молитвами Марксу и Энгельсу.

И силы вернулись-таки к ним! Аккурат к последнему уроку математики.

Следуя заведенным в столице традициям, комиссия разместилась в противоположном от учителя конце помещения. Как назло, адаптированный под нужды образования сарай имел в этой своей части естественное возвышение. И комиссия, волею безымянных сельских строителей взирала на происходящее не только с высот своих бесконечных познаний, но и высот вполне себе обыденных, земных.

При взгляде на эти строгие, монументальные фигуры генетическая память Матвея, вне всякого сомнения, воспроизвела образ то ли Тройки, то ли Троицы. Не суть, – коленки все равно дрожали.

Матвей старался изо всех. Причем старался он, в первую очередь не глядеть на жутких гостей и, только во вторую – провести урок как можно лучше. Благо тема попалась не сложная – сложение дробей, и Матвей мог блеснуть.