К северу от первой парты

Он лихо показал, как складываются дроби с разными знаменателями. Сначала складываешь числители, потом знаменатели. И вот вам результат. Ученики не подвели, и решали примеры без проблем.

Лишь раз Матвей все-таки дал слабину. Не удержался, и украдкой бросил взгляд на комиссию. Самогон тому виной, социалистическая выдержка, богатый жизненный опыт или иное какое чудо, но единственным признаком жизни лучших педагогических умов СССР были странные конвульсии, время от времени сотрясавшие тела москвичей.

И только когда дети разошлись по домам, Матвей узнал кое-что новое про сложение дробей…

Члены комиссии были шокированы всем увиденным, сокрушены всем выпитым, потрясены всем народным.

Они даже не отстранили Матвея. И не только потому что некем, но еще и потому, что нужно было как-то все это переварить.

На следующий день, посиневшие, но все еще живые члены комиссии снова пришли на урок. Казалось бы, все уже было понятно и после первого посещения, но командировка-то была выписана на несколько дней.

Единственное, что интересовало уважаемых товарищей помимо скорейшего возвращения домой, это вялое любопытство на тему того, как будет выкручиваться сельский учитель из сложившейся ситуации

Любому человеку сложно признавать свои ошибки. Учителю – тем паче. А уж если ошибки эти элементарные, то и вовсе – кошмар. А не признаться тоже никак. Комиссия-то – вот она, снова на заднем ряду.

Но вот что отличает хорошего учителя от плохого. Хороший учитель может ошибиться в деталях, потому что он прав в главном.

Он сохраняет дух образования, тот самый его истинный свет, что рассеивает тьму неучения. И хотя комиссия этого еще не знала, как не знал и председатель сельсовета, да наверное, и сам Матвей – он был настоящим учителем!

С совершенно каменным спокойствием Матвей вышел к своим ученикам. Ни один мускул не дрогнул на его лице, когда ученики успешно складывали дроби на доске, согласно его давешним наставлениям. И лишь когда материал закрепили, Учитель совершил ход конем.

– Вот так, товарищи, – он торжествующе оглядел класс, – именно так складывали дроби до революции…

Юные товарищи еще не до конца понимали, что это означает. А вот на лицах товарищей старых в рекордные сроки отразился чуть ли не весь спектр радуги. В один и тот же момент они ухитрились побледнеть и покраснеть, посереть и побагроветь.

Матвей же продолжал, – Но товарищ Ленин и коммунистическая партия развенчали эту глупость. Она научили нас…

Глава 1.