Монструозный тип и дурища из ЦКБ

Еще когда привезли этого коматозного и вслед ломанулись многочисленные родственники, выспрашивая, фальшиво сокрушаясь и вдруг костенея, когда им говорили, что случай небезнадежный и надежда есть. Очередной рублевский клоповник, сколько их уже было…

А сиделка, тем временем, раскрыв рот, смотрела на дверь – таких холеных и уверенных в себе дам она видела лишь в глянцевых журналах, щедро оставляемых пациентками при выписке. На мужскую руку, продолжавшую по-хозяйски мять и тискать ее бедро, она не реагировала – то ли не замечала, то ли уже привыкла…

На следующий день нынешняя знала о сиделке практически все: двадцать один год, живет в Одинцове с бабкой и восьмилетним братом на первом этаже двушки в хрущобе, отца нет давно, мать умерла в прошлом году, в ЦКБ устроилась недавно, до этого трудилась в больнице под Звенигородом, за душой ничего не имеет, кроме двух абортов – первый точно от одноклассника, второй неизвестно от кого.

Опасаться, вроде, было нечего. Кроме одного – оживший ее от себя ни на секунду не отпускал. Даже в туалет она ходила там же, в палате. И еду ей туда носили, и душем она там пользовалась, и уже поставили рядом с кроватью для нее кресло, чтоб не на стуле дремала… Последнее известие вызвало у нынешней саркастический смех – ага, как же, в кресле, а то она не знает этого кобеля. Ну ничего, скоро новая игрушка ему надоест и тогда посмотрим…

И точно – через неделю тип на «игрушку» глядел с отвращением. Раздражало в ней все – и постоянная жвачка, вынимаемая изо рта лишь во время еды, и то не всегда, и наушники в ушах, и доносящееся из них монотонно-нервическое «бум-бум-бум», и то, что она несла, когда раскрывала рот… даже лапать ее было уже противно – сидит с тусклой рожей, никакой реакции… Других желаний и подавно не возникало – все равно что с куклой резиновой… Ну полная дурища! А больше всего раздражало то, что она вообще есть, все время торчит рядом, а он, получается, теперь от нее зависит, не может к чертовой матери выгнать!.

. Наоборот, еще должен за это платить: и больнице, и ей – за переработку. Это он-то, который все сделал для того, чтобы ни от кого не зависеть и платить лишь тогда, когда сам захочет. И на тебе!..

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=54073981) на ЛитРес.