Германский Гермес. Музыкальные драмы немецких и австрийских композиторов.

Первый Сверхчеловек Вагнера предстаёт пред нами с такими словами на устах, которые сразу же, «с порога» задают определённый экзистенциальный и психологический тон, во многом созвучный не только духу Гамлета Шекспира, но и глубоко трагичному мирочувствию Каина и Манфреда Байрона.]

Что ж, обрати во прах

Среди безмолвных

Сумрачных теней

Тот прах, который

Сам себя безжалостно

Рассеивает ныне!

Мне отвратителен наш

Сладострастный мир.

Мой дух иссяк.

К чему же праху

Трепетать как прежде?.

.

Я знаю: сладость миновала, всюду

Я чувствую одну лишь горечь,

И на свете нет жизни,

Что цвела бы для меня.

Но тускло брезжит

Смутная догадка:

Я человек!

О да! Я человек! —

Я жалкое созданье,

В самом себе я —

Как в темнице; я прикован

К единственному

Существу – к отцу.

Покинув этот мир,

Незримой крепкой цепью

Он тянет за собой меня.

О да! Я знаю,

Что такое человек!

Я знаю: мой отец

Был человеком.

И поэтому он умер.

Мне это хорошо известно…

Хо! Я знаю, я знаю,

Что такое человек:

Он – неудачное созданье,

Которое исправит только смерть!

Скажи, великий Бог-творец,[17 - «Скажи, великий Бог-творец, /Зачем ты создал человека? / Он – ошибка, / Ошибка, заключённая / В темницу, в оковы /Дольнего, земного праха!» Эта эскапада Лойбальда свидетельствует о том, что он напрочь игнорирует учение, согласно которому человек создан по «образу» (imago) и «подобию» (similitudo) Бога, учение, в котором многие видели и видят залог высокого метафизического достоинства человеческого «Я».

Риторические вопрошания и выводы Лойбальда созвучны и Фаусту Гёте. (Заметим, первая часть трагедии «Фауст» была опубликована Гёте в 1808 году, то есть задолго до того времени, в которое был написан «Лойбальд».)]

Зачем ты создал человека?

Он – ошибка,

Ошибка, заключённая

В темницу, в оковы

Дольнего, земного праха!

И, преследуя благие цели,

Он сам себя готов разрушить.

О, вселяющая ужас мудрость,

Ты права! И мой отец… ах!..

Покорился твоей силе,

Мне, сыну, преподав урок.

Так пусть же ангел твой,

О, сын, стремится к твоему отцу!

Не оскорбляй небесное

Созданье лукавством чар

Внушающего омерзенье праха!

Лойбальд намеревается заколоться, тем временем к нему приближается Призрак.