Избранная лирика

Её немеркнущие взоры

Светят надёжно, как маяк.

Порой недремлющий моряк

Меняет курс. Но только зори

Морскую гладь зазолотят,

Как крики гневные летят

Из уст встревоженных поморов.

Они стремятся прочь опять

От тех краёв и мест далёких,

От скал суровых и высоких,

Чтоб больше остров не видать.

…Так дремлет он всегда один,

Как Бог. Стоит, загадок полный.

О СТАРОЙ ДЕВЕ

У ног несчастливой сестры

Одни печальные виденья:

Ни вздоха нежного, ни утешенья,

Ни ласки чувственной поры…

Всё безразлично ей и скучно.

Порой глядит она послушно

На тихий маятник часов.

Вот вечер. Ночь. Постельный кров.

…Она ложится равнодушно.

* * *

Мне не спится,

Ночь струится

Хладностью своей

И безвременно роднится

С утренней зарей.

Дум безбрежность,

Дум тревожность

Роится в главе,

И суровой жизни сложность

Скрыта в тишине.

Звёзд веселье,

Звёзд безделье

Движется к концу,

Скоро утру новоселье

И покой творцу.

О ПОЭТЕ

Что Вас пугает?.. Новизна

Его гражданских откровений

Глагол язвимый, старина

Или заимствованный гений?

Порой за древностию слов

Стоит наш опыт современный

И практика – собрат почтенный

Теоретических трудов.

Когда же гневные творенья

Тревожат ум и наш покой,

Кричать ли нам от восхищенья

Иль гневно в пол стучать клюкой

Или отращивать бороды

«Демократических заслуг»,

Или бороться с криком моды,

Презрев гражданский свой испуг?

Конечности строками сводит,

Когда цинический поэт

Тебя в эротику уводит…

Пусть в скоморохах ныне ходит

Его безнравственный сонет.

Декоративные творенья,

Парик напудренных идей

Сожги, поэт, и пусть забвенье

Их ждёт средь лавровых ветвей.

Но мыслей славных заточенье

Разбей, добро освободив,

И, жизнь сурово полюбив,

Восславь сей жизни продолженье.

О СОЛДАТЕ

Посвящаю деду, солдату,

участнику Сталинградской битвы.

Единственной своей рукою

Он днём работал.

И незатейливой строкою

Писал. Порою тихо пел.

И всё оправдывал терпенье

За сочиняемый им сказ,

Но горе века – невезенье

Его ждало и в этот раз.

Вертяся на скрипучем стуле,

Он, одинокий ветеран,

Не бывший у войны в отгуле,

В рассказе чувствовал обман.

И за столом своим горбатым,

Волнуясь, страшно уставал,

Но, засыпая бородатым,

К утру младенцем вновь вставал.