Войны школ

А тут, оказывается, мы заняли первое место и теперь решалось, что там будут делать.

Мы с Викой дошли до кабинета физики. На коридоре стоял наш класс с ним разговаривала классная – Яна Евгеньевна (так же она была учителем английского).

– Что происходит? – спросила я тихо у Ангелины Кудреновой. У неё были кучерявые черные волосы. Кожа после отдыха на море отливала коричневым цветом. Из – за брекетев она говорила слегка шепеляво. Одноклассница смотрели в учебник по физике. – Ругают наших, за плохое поведение, – ответила она, наклонив голову на бок и посмотрев в мою сторону.

Я повернулась к Яне Евгеньевне, послушала, хотя ничего нового не узнала. Учителя опять жаловались на плохое поведение: Кирилла Мамаева, Глеба Гончарова, Даника Якутова, Вани Казака и Коли Беляева. После угроз, что она будет разбираться с родителями, мы уже собирались расходиться, но Яна Евгеньевна нас остановила. – Стойте! Завтра после шестого урока будет конкурс, вы будете соревноваться против семнадцатой и шестой школы, – классная поправила ворот рубашки, – надо шесть человек, кто хочет? – А оценки поставят? – спросил отличник Дима Блинов, высокий, смуглый парень с бронзовыми волосами.  – Если займёте первое место – то поставят. Я подняла руку, вместе со мной руки подняли ещё семь человек. Двое из них были двоечники. Яна Евгеньевна смерила их презрительным взглядом и стала записывать фамилии тех оставшихся шести человек. – Ну вот, хорошо, шесть человек есть, – произнесла она, – так что завтра после шестого урока в актовом зале. Классная ушла. Ребят, которых отчитывали, стали лезть к Святе Укроповой – черноволосой девчонке, с короткой стрижкой и очень бледной кожей, и ярко – голубыми глазами. Мальчики её не любили и постоянно над ней смеялись и издевались.

Я снова повернулась к Ангелине, она, закрыв одно ухо, повторяла шёпотом физику.

– Чего не захотела идти на английский? – старалась я перекричать гомон класса, – оценку ж поставят если первое место займём. – Ай, не хочу. Не факт то, что ещё оценки поставят, и тем более я все равно к зубному еду.

 – А, ну ясно, – произнесла я, заходя в класс, так как прозвенел звонок и Наталья Владимировна пустила нас в кабинет. Мы расселись по местам. Мой сосед Кирилл сидел в телефоне закрывшись книжкой. Мамаев был белобрысым с выбритыми висками, голубоглазый, с горбатым носом. Кулак правой руки был разбит в какой – то драке и залит зелёнкой. Как я знаю, он ходил на бокс и со мной в музыкалку на барабаны.