В ожидании августа

Сергей ничего не мог с собой поделать, лежал, повернув голову к окну, и плакал…

Прошло время, прежде чем Сергей научился не замечать процедурную медсестру с тонкой и длинной иглой, которая каждые четыре часа, днем ли, ночью ли, приходила к нему с уколом. Она сама открывала одеяло, тихонько переворачивала больного на спину и делала укол в живот, который стал уже синим в районе пупка и с желтыми разводами по бокам.

Сергей смирился со всеми сложностями жизни тяжёлого больного, научился пользоваться уткой и глицериновыми свечами, переносным телевизором без программ, только с использованием кассет с фильмами, передвижной тумбочкой с журналами двухлетней давности.

Сначала он возмущался, говорил, что задыхается без информации, что это не только его работа, но и жизнь. «И смерррть, – сказал доктор, с которым он, наконец, познакомился поближе и которого звали Юрий Евсеевич. – Вам не надо знать, что на улице творррится. Это не для вашего давления. Мы не можем его стабилизиррровать… Поэтому вы до сих поррр в ррреанимации»

Лукавил доктор: они прятали его от посторонних глаз. Вот только, кто давал команду?

***

Сергей услышал какие-то голоса, потом шаги нескольких человек, явно приближающихся к его палате. Поворот ключа в замочной скважине, в предбанник кто-то входит, но пока к больному не идет, стоит, видимо, дожидаясь то ли старшего, либо пока соберется вся группа.

Сергей закладывает руки за голову, прикрывает веки, старается выровнять дыхание.

– Кажется, спит…

– Пора, пора будить! – негромко, но властно произносит какой-то дребезжащий голос.

Сергей открывает глаза, видит, что в палате стоят три человек: двое в белых халатах, третий – в халате, наброшенном на плечи. Юрия Евсеевича с ними нет.

– Как вы себя чувствуете? – Спрашивает, видимо, врач, но чужой, не с кардиологии.

Здесь не так разговаривают с больными после инфаркта, в лоб о здоровье не спрашивают.

– Хорошо, – отвечает Сергей.

– Это похвально… Похвально.

Пауза. Она становится длинной, все трое переминаются с ноги на ногу. Один, тоже, похоже, врач, говорит:

– Давайте присядем, стульев хватит на всех…

Человек в накинутом на плечи халате говорит:

– Вы знаете, что вашего начальника арестовали? – Больной кивнул.