Дуры

Но настоящей роскошью Дины был глубокий и чистый голос. В актрисы девушку взяли с первого тура. Народная песня, старания бабушки в раннем детстве, да басня, что дал в дело соседский поэт, покорили жюри Щепкинского театрального училища. Однако дальше главной роли в студенческом спектакле продвинуться Власовой не удалось. В коллективе МХАТА, куда в 1984 году она попала по протекции знаменитой бабушки, молодая актриса терялась на фоне и очень знаменитых коллег, и менее успешных. Впрочем, восторг и поклонение мужа долго компенсировали всякую неудачу в профессии.

После рождения второй дочери, в начале 1987 года Власова ушла из МХАТа, разорённого войной режиссёров. Осенью того же года, и, опять же, не без стараний бабули, ей нашлось место в Малом академическом театре. Перемены мало что поменяли в карьере актрисы, жаждущей славы. По-прежнему выхватывая крошечные роли, задать худруку неудобный вопрос Дина решилась лишь на четвёртом десятке профессиональной жизни.

– Кого бы ты хотела играть? – удивился распределитель театральных ролей, глядя на малоизвестную ему актрису.

Ответ про Ирину в чеховском «Вишнёвом саду» или хотя бы одну из «Восьми любящих женщин» в детективной истории Робера Тома, вызывал у мужчины гомерический хохот: – Власова, ты и любовь родились в разные эпохи. И не нужно слёз, я знаю цену актёрским страстям. Хочешь играть влюблённую женщину? Хорошо. Давай пари: ты за год влюбляешься до похудения, я, если это случается, в конце сезона предлагаю твою кандидатуру на роль Стэнли.

– В «Трамвае «Желание»? – открыла Дина рот: – Но как Вы узнаете, что я…?

– О, дитя! Плохим я был бы художником, если не мог разглядеть женщину, что «вошла в изломанный мир, чтобы познать призрачный союз любви, чей зов, как мгновение в ветре…», – ответил руководитель труппы эпиграфом к анонсированному спектаклю.

Задание было более чем понятным. Выполнить его казалось вовсе нетрудным. Оставалось найти достойного, в кого действительно можно было бы влюбиться. Стас, узнав о проблеме, предложил Дине помочь.

Три последних года он работал начальником ЧОПа в очень знаменитой столичной дискотеке.

– Пока будем искать тебе идола, можешь начинать тренироваться на мне, – подмигнул Костяков. Хитро так подмигнул, совсем не как чужой мужчина. А вскоре он написал заявление об отпуске за свой счёт, датировав его тем же днём, когда ушёл от жены.

– Вы бы поискали его среди подруг, – посоветовал Тамаре лейтенант полиции через три недели после этого.