Против течения. Книга первая

А нынче девки прядут, а они, глянь, сели на лучшее место и девок оттиснили. Смелы вы стали лишка[10 - Очень.]. А в наши то года робята в ку?те[11 - Кут – угол крестьянской избы, ближний к выходу.] сидели, в круг не смили выйти.

– Ты, баушка кака сердита, – отвечают парни.

– Не сердита она, а строгая, – защищают бабку Улю девчонки.

– Сердитой тот, кто дерется да неладно делает. Я здись в своей избе – свои дрова и лучины. И по летам я вам не ровня. Доживите до моих-от лет. Узнаите тода поди. А токо вы похожи на порожнюю котомку.

Мало накладено, мало видано, мало слыхано, мало пережито, – рассудила бабка Ульяна.

Замолкли все на минуту-другую.

– Ладно, баушка Ульяна. Лучше споем робятам по песенке, – сказала одна из девушек.

Опять запели они, а робята тихо сидят да подыгрывают на дудках, а сами только и ждут, когда устанут пряхи, когда захотят отдохнуть. Долгожданный час настал, и, положив возле прялок свои веретена, девушки весело пляшут с парнями. На беседках выбрал ее своей невестой деревенский парень Иван Григорьев.

Всем он хорош: добрый, ласковый, работящий и лицом вышел. Только вот росточка Бог не дал. Так ведь и Аннушка не велика была. Однажды сказал ей Ванюшка:

– Маму пришлю к тебе свататься, ты пойдешь за меня замуж?

– Конешна пойду – ответила Аннушка, а сама зарделась как маков цвет.

Как-то вечером пришел жених с матерью и стали свататься. Родители Аннушки знали, что семья жениха живет в достатке, было у них и обилие скотины, и хлеба, и одежды, и посуды всякой достаточно.

Да и у невесты приданое хорошее: подушки, стеганое одеяло да пуховая перина, рубахи вышитые, платки, пояса, полотенца узорные.

– Ну, сватья, ежели жених и невеста согласны, друг дружке помысле[12 - Нравятся друг другу.], то молиться богу и укладывать[13 - Решать.], когда свадьбу делать, – говорила мать жениха – Олена Федоровна.

– Дак ведь не сватья мы еще, Олена Федоровна, – отвечал Аннушкин отец.

– Как так не сватья? Коли свататься приехали, – удивилась мать Ивана.

– Так как невеста решит, ишо не знаем, – вопросительно посмотрел на нее Макар Тимофеевич.

– Нашему жениху невеста помысле, – не отступала Олена Федоровна.

– Так надо и саму невесту спросить, – упорствовал Макар Тимофеевич.

Ушли родители за переборку[14 - Межкомнатная перегородка в одну доску, не доходящая до потолка.]. Аннушка сидит на сундуке – ни жива, ни мертва.

– Анютка, посоветоваться. Мотри, мы с матерью тя не неволим.