Реконструкция событий

– Вероятно, начало двадцатого, – откликнулся Тюнин, – дореволюционная Россия, наверное, четырнадцатый-пятнадцатый год, знаменитый Мальцевский завод, в Гусе Хрустальном, вазы аля Галле.

– Аля Галле – это стиль? – поинтересовалась, не особенно разбирающаяся в антиквариате Марина.

– В ХIХ веке во Франции жил художник, впоследствии, ставший знаменитым, его звали Эмиль Галле. Он по праву считается основоположником течения арт-нуво, ну, может быть, если не основоположником, то по крайней мере один из основоположников.

Работал с декоративным стеклом и керамикой. Мастер был первоклассный. Его называли мастер-ювелир стекольного искусства.

– Звучит, – оценила Марина.

– Это правда, он в своём деле настоящий ювелир. Я одно время увлёкся этой темой, каталоги пересмотрел, какие-то его работы воочию видел и у нас, и заграницей. Ты один экземпляр, могла у нас в будуаре видеть.

– Ваза, которая у тебя в витрине стоит? – догадалась Марина.

– В витрине под замком, – подмигнул Игнат, – это подлинный Галле, несколько лет назад на аукционе купил.

А это, – Игнат снова воззрился на новое приобретение, – это русский аналог в стиле Галле.

– Изумительно хороши! – продолжала восхищаться Марина.

– И правда, – закивал Тюнин, – ну это же русские мастера. У наших фантазии больше, они как будто смелее. Русские же, нам всё подвластно! – и расхохотался, вспомнив какую-то забавную деталь, – я где-то читал, что когда революция случилась и в Гусе Хрустальном завод ясное дело был национализирован, стали выпускать стаканы да пепельницы, но старые мастера ещё оставались.

А потом, к ним новая власть стала обращаться, чтобы вазы такие делали для подарков всяким именитым гостям. Чтобы в мире знали, какая советская власть продвинутая и образованная.

– Что, прямо такие вазы заказывали? – удивилась Марина, – у большевиков губа не дура!

– Такие да не такие, – ответил Игнат, – им цветочки да лепесточки были ни к чему, им что-то более советское нужно было. Например, появилась синяя ваза с изображением пионерки в пилотке и в галстуке.

– Синяя пионерка – это круто! – усмехнулась Марина, – ты видел?

– Только на картинке. Я думаю, если она сохранилась, то наверняка несметных денег стоит. Хотя и эти красавицы недешёвое удовольствие.

– Главное, что удовольствие, – улыбнулась Марина.

– Точно удовольствие. Пусть дорогие. Они стоят того, – ухмыльнулся Игнат и добавил, – вроде не обули меня антиквары эти. А то, знаешь, какие они ребята ушлые.