Спина фортуны. Ранние рассказы

Меня, естественно, раздирает желание поговорить. Я распускаю павлиний хвост и пересаживаюсь к ней.

– Вы, наверное, думаете, – вдохновенно начинаю я, – что просыпаться в такую рань – это издевательство над молодым неокрепшим организмом? А знаете, как много интересного происходит в мире, когда мы спим? Во время сна нас просто выбрасывает из жизни! Стоит закрыть глаза, забыться, как события начинают бурлить, словно суп в кастрюле: революции, войны, эпидемии, катастрофы… Но как только мы просыпаемся, все это оказывается лишь сводками утренних новостей.

Вы со мной согласны?

Девушка не отвечает. Только сейчас я замечаю наушники в ее ушах. Перестав кивать головой в такт несуществующей для меня музыки, она удивленно смотрит на мои зимние ботинки, делает независимое выражение лица и уходит в другой конец вагона. А я продолжаю смотреть в окно, все еще похожее на японский флаг. Вдалеке вижу старинный монастырь, и мне слышится эхо колокольного перезвона. Белокаменные стены сливаются с далеким горизонтом, но позолоченные купола полыхают рассветным пламенем.

Как маяк сверкают они в морозном снежном море, где колючая вьюга разгоняет застывшие волны причудливых сугробов.

Приглядевшись, я замечаю в одной из келий черного монаха. Из узкой бойницы окна он смотрит мне в душу, но ничего в ней не видит – в моей душе пусто. Монах удивлён – как такое может быть? Через километры снега я слышу голос затворника:

– Юноша, мир прекрасен и полон интереснейших открытий: ты узнаешь радость борьбы, вкус победы, безумие любви, боль предательства и многое другое, что знали тысячи поколений до тебя.

Но стоит ли на это тратить свою жизнь, если душа твоя все равно остается пуста?

Меня задевает его вопрос. Вспомнив все, чему меня учили дома, в школе, в институте и «на улице», я прикрываюсь щитом скептицизма и отвечаю:

– Послушай, черный монах, я знаю, что в келье твоей – пусто, но душа твоя полна – в ней живут мир и любовь. Но стоит ли ради этого хоронить себя в добровольном заточении?

Монах не отвечает.

Мне кажется, сегодня мы не сможем понять друг друга. Может быть, в другой раз?

А сейчас наступил новый день и принес каждому из нас свои заботы – я еду в столицу за деньгами и славой, а монаху пора молиться – за меня и таких, как я…

Три миниатюры

Ложечка

Вчера я сидел в кафе со своей девушкой, и мне вдруг нестерпимо захотелось стащить чайную ложечку…

Вы только не подумайте, что я преступник какой-нибудь.