Комната на семнадцатом этаже

Люди вокруг кажутся такими медленными и глупыми. Они не поспевают за мной.

– Или же твои мысли на самом деле не имеют связи между собой и поэтому они не могут их понять, – Маргарита вытащила сигарету с пачки Дарьи и тоже закурила.

Её подруга слегка раздраженно струсила пепел. Она всегда болезненно воспринимала критику, а сейчас, под воздействием препарата, она ещё болезненней реагировала на проявление критики или, когда в ней сомневаются.

– Извини, – поспешила Маргарита.

Дарья расслабленно махнула рукой, как бы говоря, что все нормально.

Но Маргарита знала, что, если бы она вовремя не извинилась бы неизбежно последовал бы эмоциональный взрыв. Сейчас, когда она принимала H извинения, когда не чувствуешь себя виноватой, давались намного легче. Если не существует эмоций, не существует гордости, которую можно задеть. То, что H выключает все эмоции – это было страшная легенда о нем, когда он только появился. Не меньше двадцати лет назад. Сейчас все знали, что он глушит негативные эмоции, оставляя такие как радость, удивление, испуг. Но вместе страданий наступает безграничная темнота и пустота.

– Мне недавно звонил Ренат.

– Твой брат? – уточнила Дарья.

– Да. Говорил, что соскучился.

– Конечно, – скептически фыркнула Дарья. – Он, кажется, подцепил что-то от одной из своих? Вот и звонит тебе. Денег хочет, чтобы дальше развлекаться, пока не подох.

Маргарита безразлично покачала головой. В районе солнечного сплетения что-то на долю секунды сжалось – это все, что осталось от когда-то болезненных эмоций.

– Не заразился. Кажется, у него рак или что-то такое.

– Не имеет значения, – махнула рукой Дарья, – Ты разве не понимаешь? Он просто хочет воспользоваться твоей добротой. Сколько ему сейчас? Под сорокет? Странно, что он ещё не подох где-то как бродячая псина. Такие отбросы помирают рано.

– Понимаю.

– О чем говорили?

Маргарита пожала плечами, вновь затянувшись, делая короткий перерыв и сортируя мысли. Она не говорила с Ренатом, до недавнего разговора, несколько лет.

До этого он звонил, чтобы сказать, что умирает. Что болезнь медленно его убивает. Он не просил денег, а Маргарита не предлагала. Тогда она была ещё счастлива и возможно помогла бы, но места Ренату в её счастливой жизни не было.

– Та не о чем. Поговорили минут пять о делах и все.

– Пойдешь на его похороны? Хотя я думаю, что может он вообще не болен. Может, сидит на чем-то и сказал тебе так, чтобы ты ему дала денег на это. Ты же знаешь этих наркоманов.