На острие золотого пера

Но где-то там – в потоке мирозданья,

Когда ещё и не было меня,

Мне написали сложные заданья,

Чтоб я решал их в ярком свете дня,

Чтоб я решал их непременно ночью,

Когда земля уходит из-под ног,

Когда для жизни нет совсем уж мочи,

Когда, казалось, отвернулся Бог…

Вся наша жизнь – большое испытанье,

А для кого-то жизнь – всего игра…

И кто-то пишет сверху нам заданья…

Нам фиолетово бывает… Как ирга

Бывает сильно приторная сладость

И не приносит счастья ни чуть-чуть,

Побед же маленьких большая радость

Нам расчищает в жизни этой путь.

Тень матери

Вернулся блудный сын из странствий,

Принёс потёртый чемодан:

«Мой дом родной, ну здравствуй!

Я поумнел не по годам!

Был покорителем Памира;

Проплыл я Тихий океан;

Прошёл дорог я сотни мира;

Я поднимался на вулкан…

Я всё искал чего-то в жизни,

Меня тянуло на экстрим,

Найти хотелось больше смысла.

Ходил я словно пилигрим*.

Меня однажды осенило,

Что лучше дома места нет.

И, где б мне солнце не светило,

К тебе спешит твой сын-поэт!»

Дом скрипнул дверцею тихонько:

«Заждался я тебя! Входи!..»

Порог ступенькой тихо ойкнул:

«Ты на могилку-то сходи…»

А стекла в окнах простонали:

«Не дождалась старушка мать…

Ты был тогда на перевале…

Теперь уж поздно душу рвать…»

А сзади солнышко светило,

И обещался быть хорошим день.

«Я для тебя привет хранила», —

Сказала тихо мамы Тень.

Она сидела под иконой

Там, где любила мать сидеть…

«Как хорошо, сынок! Опять ты дома!

Ну мне пора к себе лететь».

Тень растворилась в полумраке…

Душил поэта в горле ком…

Цвели в саду от мамы маки:

«Сынок вернулся снова в дом!..»

*здесь пилигрим – странник, путешественник

Возвращение к себе

Мы все мечтаем! Все о разном…

Но есть у всех похожая мечта:

Хотим мы все хотя бы раз, но

Стать пешеходом времени моста.

Чтоб мост нас этот перекинул

Для исправления ошибки вспять.

Чтоб не седела под текилу

От роковой ошибки нашей прядь…

Хотим мы времени машину…

Но есть она! Я рассказать хочу!

Из старого кувшина Джином

Я Память выпускаю и… Лечу

Я с нею в те моменты жизни,

К которым путь закрыт уже давно.

Сквозь временную вижу призму

Я о себе как-будто бы кино.

Хочу я крикнуть: «Осторожно!» —

Предостеречь так хочется себя.

Смотреть тот фильм мне лишь возможно,

А роль играть, увы, уже нельзя.