Спаси нас, Господи, от всяких перемен!

? Заметив, что от таких слов Катя до белизны сжимает ручки сиденья, Настя расслабленно откидывалась на спинку кресла.

За месяц, что она жила у Ивановых и её берегли как хрупкую фарфоровую куклу, отчего-то созрела в девочке неприязнь к отношениям в чужой семье. Там всё было не так, как у них. Например, когда тётя Катя накладывала девочкам в тарелки оладьи или жареную картошку, она не прикусывала от досады губу и не стучала ложкой о край сковородки до звона в ушах. А мужчины, оказывается, тоже умеют пылесосить, мыть раковину в ванной, вешать бельё на верёвку и переживать за жену, когда у неё стреляет в пояснице.

И жене не нужно прогибаться перед мужем, вымяукивая деньги на дорогой крем. Ещё было странным, что итальянскими полусапожками со «стеклянными» голенищами из синтетики никто из Ивановых не «болел», а в прихожей Уховых на полке их стояло три пары – две маминых и одна её, двенадцатилетней девочки. И не нужно было бегать по всему дому в поисках куска салфетки, чтобы оттереть недельную грязь с того же итальянского сапога, а, не найдя её, плевать на палец, тереть, а потом нестись в кухню мыть руку; коробочки с ваксой и тряпки для чистки обуви лежали у Ивановых в аккуратно поставленном ящичке у входа.

Девочка злилась на соседей, потому что отношения в их семье заставляли её усомниться в том, что её родители – самые лучшие. «Но ведь это именно так, хотя бы потому, что это они пригласили Ивановых, а не наоборот! И, конечно же, они скучают по ней также сильно, как она по ним», ? верила она.

Отец встретил дочь спешным «Привет!». Сообщая Егору, что жену уже увезли в частную клинику, где койко-место в сутки стоило, как месячная заработная плата половины персонала районного родильного дома в Южном, Ухов матерился, не сдерживаясь. В их городе за четверть того, что ему предстояло заплатить за роды в Испании, можно было купить не только врача-гинеколога, а даже его душу. Про расходы на перелёт, дом, питание и арендованную машину он вообще молчал.

– Да, мужик… Ты тут, смотрю, совсем покой потерял, ? заметил Егор, когда Ухов резко дёрнул руль, не зная, куда свернуть.

Анатолий, оправдываясь, показал на дорогу:

– Задолбали своими вывесками! Хоть бы где-то по-русски написали, ? проворчал он через время, снова свернув не туда. Но уже когда вырулили из Барселоны на нужную трассу, улыбнулся: ? Не, ну ты видел? Где по мировой экономике эта Испания, а дороги – масло на горячем тостере! И это мы ещё не во Франции.