Искусство воскрешения

И чтобы добить собеседника, хулители припоминали один из любимейших советов пророка: ни в коем разе, братья и сестры, ни за что на этом и том свете нельзя удерживать ветры в кишках, ибо это наносит губительный вред организму и может со временем привести к смерти. Вот и судите сами, победоносно предлагали обвинители от богословия, что у него там за учение евангельское. Однако, помимо этих недругов, ему не давали житья поборники неподкупности и политические злопыхатели. Первые пеняли на то, что в каждую речь при большом стечении народа Христос из Эльки умудряется к месту и не к месту впихивать слова благодарности Чилийским карабинерам[11 - Чилийские карабинеры – Корпус карабинеров, объединяющий различные силы правопорядка, был создан во время первого президентского срока Карлоса Ибаньеса дель Кампо.

], ведь во многих селах и городах, куда он является сеять святое слово, они принимают его и пускают на ночлег в казармах. А вторым, политическим противникам, видите ли, претило, что в своих якобы душеспасительных речах чокнутый проповедник не забывал нахваливать дона Педро Агирре Серду[12 - Педро Агирре Серда (1879–1941) – президент Чили в 1938–1941 гг. , сторонник либеральных взглядов.], президента Республики, скончавшегося на своем посту год назад и, по его мнению, одного из лучших вождей, каких довелось иметь стране. «Народ ценил и любил его, словно доброго соседа», – воодушевленно распространялся он. «Я сам видел: в день кончины в каждой школе его горько оплакивали, а перед бюстом или фотографией зажигали свечи». Но все эти низкие нападки его не трогали, ибо за ним была сила убеждения, о да, неоспоримая сила убеждения, а в придачу к ней – роскошный голос, способный, по свидетельству самых верных его почитателей из пампы, растопить и каменное сердце. Достаточно хоть раз увидеть, как люди простираются перед ним ниц и отрешенно слушают, раскрыв рот, словно за нехитрыми народными мудростями и простыми словами – иногда он еще и коверкал их – им слышалась сокровенная истина бездонной вселенной. У женщин же – не только в пампе, но везде, где бы ни появлялся кочевой проповедник, – находились иные, менее благочестивые поводы следовать за ним и поклоняться: помимо голоса, их пленили его угольно-черные манящие глаза, гордая стать пророка, привычного к испытаниям и лишениям странствий, а еще он такой высокий и сильный, Боже Праведный, кума, скажите еще, что вы со мной не согласны, и да простит меня Святая Дева за грязные мысли.