Искусство воскрешения

И это еще что, божечки мои, – некоторые из упомянутых пробкоголовых сравнивали меня с Вечным жидом, не больше и не меньше. Уму непостижимо. То есть круглыми идиотами нужно быть. А второй момент, отравляющий ему существование повсеместно, но сильнее всего – в крестьянских общинах и на печальных земляных улицах выстроенных из жести селитряных лагерей, таков: ребятишки, завидев его евангельскую фигуру, принимали его за Рождественского Деда. Его просто корчило, когда орды босоногих пострелят гнались за ним и требовали на Рождество футбольный мяч, набор для игры в шарики или куклу, хотя бы тряпичную, дон Христос Мороз.

Он предпочитал отмалчиваться и бездействовать перед лицом такого неуважения, ведь тут недолго поддаться на дьявольские наущения, ожесточиться духом и позабыть самый христианский стих всего Нового Завета: «Пустите детей приходить ко мне», тем самым давая недоброжелателям повод для поклепов. Как и в других частях страны, недоброжелатели и злоязыкие здесь встречаются. В первую голову, это приходские священники, держатели гостиниц, хозяева боен и гринго – управляющие приисков; свора клеветников, берущихся нагло утверждать, будто чернь радуется пресловутому Христу из Эльки исключительно из-за его облика безумного пророка, уличного проповедника, трущобного мессии, а не из-за каких-то там выдуманных чудес или исцелений, и никакой святости в его словах и в помине нет, ведь проповеди его чаще всего состоят из банальных практических советов, сентенций собственного сочинения и рецептов травяных снадобий, которыми любая, даже самая недалекая повитуха из обычного доходного дома снабдит вас без всякой показухи. Не говоря уже о возмутительных глупостях, которые он величает «здравыми помыслами на благо Человечества». Стоит только вслушаться в ту ахинею, что несет заштатный Христосик, и сразу станет ясно: он просто-напросто темная деревенщина, а выдает себя за пророка Всевышнего; это же ни в какие ворота не лезет, к примеру, такая несусветица: христианам не положено вкушать моллюсков, ибо все происходящее из моря – яд; или: Благой Господь не велит убивать птах и всякую мелкую тварь, кроме как в случае крайней необходимости; или: мирянам следует окуривать благовониями свои жилища самое меньшее раз в две недели при закрытых окнах и дверях. Такие вот, с позволения сказать, откровения.