Раковый опус

Она находилась там же всё время, когда я выпивал и закусывал тогда, будучи в гостях у друга. Но, она тогда почему-то не нашлась…а когда нашлась, была уже мне безразлична…Печальная участь никому не нужной вещи, приобретённой невзначай, никогда не пользованной, так и сгинувшей навсегда в своём одиночестве

«Когда совсем падете духом, приходите       ко мне в больницу. Один обход ракового отделения в два счёта лечит от любой хандры.»

Э.М.Ремарк

Визит к академику был незабываемым. Дружелюбный на фотографии, он оказался весьма неприятным типом на деле.

Отвергнув мою протянутую в приветствии руку, он шарахнулся от меня, как от окопной вши и ткнув пальцем в угол, где стояло кресло, скомандовал – «садись туда». Разница в четыре года и учёная степень делают с людьми чудеса, в основном с россиянами. Вроде он врач, но и я адвокат, мы почти ровесники…откуда эта гордыня? Интеллигенты начинают тыкать только после получения учёной степени?

– Два курса высокодозной химии, потом операция ,– заявило светило, всяко демонстрируя свою компетентность в этом вопросе, – томография, биопсия опухоли и биопсия лимфоузла, добавил он…но я уже решил, что он обойдётся без меня, а я без него.

Зачем надо было назначать ещё две травматичные манипуляции, когда сроку предыдущей биопсии было всего пара недель, мне неведомо. Не доверяет латвийским врачам? А его диагнозам поверяют например в Германии? Кстати, потом во Франкфурте меня стали лечить на основании медицинских документов из Латвии, поэтому в задницу российских академиков, которые по-совместительству онкологи.

Потом уже мои знакомые и доверители рассказали мне, что обещая сделать операцию лично, этот академик лукавит. Он появляется только следующим утром в палате и по-отечески интересуется здоровьем. И это максимум. Иногда его можно видеть возле операционного стола, и это последняя картинка засыпающего от наркоза пациента, и как только он засыпает, академик уходит из операционной. Но гонорар видимо неизменен. А моя двоюродная сестра, проживающая в непосредственной близости от рабочей локации академика, вообще заявила, что только сумасшедший человек может рассчитывать на квалифицированную медицинскую помощь по квоте в Сеченовке…да и за деньги тоже.

Я понимал, что пора принимать решение. Уже подкрались неприятные ощущения в виде состояния интоксикации. Как-будто температура, но её нет. Продукты распада опухоли лезли прямо в мозг. Я имел уже два мнения, латвийское и российское.