Строитель коммунизма

Он ни за что не откроет ее. Даже если придется провести всю оставшуюся ночь в коридоре. Даже если придется провести в этом коридоре всю оставшуюся жизнь…

– Разрешите поздравить вас с началом третьего, трудового, семестра! – Бригадир встал из-за учительского стола. – Многие из вас уже не новички, но в нашем отряде закончилась первая трудовая неделя. Сегодня первое воскресенье, первый выходной и… первое собрание бригады. Впереди у нас…

В класс вошла девушка и села возле доски; рукава и брюки подвернуты – не нашлось размера для ее фигурки; волосы, тщательно собранные сзади, распушились на висках; родное что-то в глазах… Откуда такое чудо? – Что-то сдвинулось и повернулось в нем, словно у времени начался новый отсчет… А как же та, та девушка? Голос – звездный, как же? – Она где-то здесь, но… как добиваться того, что и так безраздельно принадлежит тебе, только тебе? Она смотрит прямо ему в глаза – и голос… черное небо, звезды… Волосы – будто рассыпались по плечам… Как выбирать между этой и той, если она – одна?.

.

– Всего неделю мы работаем вместе, – продолжал бригадир, – мы уже познакомились, и у нас будет время получше узнать друг друга. Но могу сказать уже сейчас: я рад! Я рад, что в нашей бригаде хороший, дружный коллектив. Что именно в нашей бригаде – такие ребята: красивые, умные, талантливые!.. Вера – наш соловей (до сих пор у нее были репетиции в агитбригаде, поэтому мы ее не видели, но с завтрашнего дня она выходит на работу вместе с нами); Игорь – наш художник…

Павел очнулся.

Она – Вероника Панкова, солистка ансамбля, «наш соловей»! Значит, конец? Ведь никогда, никогда он не подойдет к ней. Поклонники и без него найдутся. Но неужели все и кончится так, еще не начавшись? Должен, обязательно должен быть выход! Вот если бы… Так вот почему стихи… – Он с надеждой взглянул на бригадира: «Сейчас он и про меня что-нибудь скажет».

Но бригадир с этим не спешил:

– Гера – наш гитарист… – Вскочил мальчик-колобок со смешно торчащими вперед усиками.

– Сева – наш пианист, органист ансамбля… – Сева только посмотрел на свои руки и криво улыбнулся.

«Да что же он? забыл про меня, что ли!»

– Дима, Дмитрий Демин – наш редактор, – продолжал бригадир («Да ну же, ну!»), – он будет редактировать нашу стенную газету… – Встал высокий сутулый субъект, слегка поклонился всем корпусом, руки по швам.

– Павлик… – бригадир одарил его шерифской улыбкой («Вот сейчас, сейчас!»), – Павлик – наш пинкертон!

Взрыв смеха.