Не выходите замуж на спор

Поэтому, когда он усилил натиск внизу, я снова затосковала:

– Вся уже горю-у-у, ох, краса-авица… а он все не пойме-от, не догада-ается…

Заметив, что Князь раздраженно оскалился, собираясь все-таки исполнить свою угрозу, я встрепенулась, поспешно подалась вперед и, обвив его ногами за талию, тут же страстно зашептала:

– Князюшка-а-а… Кня-а-а-же-э-э…

– Р-р-р, – рыкнул он, больно прикусив мне кожу за ухом.

– Муж мой рога… то есть крылаты-ый, – тихонько пропела я, жалея, что не могу дотянуться до его волос, чтобы как следует дернуть.

 – Ваше искусительное темнейшество-о…

Он недовольно фыркнул.

– Виси тихо!

– Простите великодушно, что опять отвлекаю, – вежливо сообщила я. – Понимаю, вы сильно заняты, но у меня проблема возникла.

– Какая?

– У меня руки затекли.

– И?.. – нетерпеливо рявкнул он.

– И крылышки помялись, пока вы по стене изволили мной елозить, – смущенно призналась я, шумно дунув ему в ухо. А потом неожиданно предложила: – Хотите, я вас укушу?

– Ты что, издеваешься? – прошипел он, и на его груди стали проступать крупные змеиные чешуйки.

– Нет, – жалобно хлюпнула я носом и с надеждой глянула в абсолютно черные глаза, где совсем не осталось белков. – Я уже страшно хочу вас хотеть… то есть пытаюсь вас страшно захотеть… ну или не страшно, а хотя бы как-нибудь… честно-честно! Но я не могу, потому что мне больно и стра-ашно, думы все сплошь такие трево-ожные… Как же я без крылышек бу-уду, если вы их сейчас испо-ортите?!

На моих глазах мгновенно вспухли горючие слезы.

Такие крупные, что Улька, если бы увидела, обзавидовалась. А затем они покатились вниз двумя шустрыми ручейками, заставив Князя отодвинуться и брезгливо отряхнуть руку, на которую случайно капнуло.

– Терпи!

– Ладно, – покорно сникла я, и слезы на моих глазах тут же высохли. – А у вас библиотека есть?

От неожиданности он даже разжал когти и едва меня не выпустил.

– Зачем тебе?

– Почитать что-нибудь хочу, – стеснительно сообщила я.

 – А то пока вы до сути доберетесь…

Он, кажется, даже дышать перестал. Только буравил меня тяжелым взглядом, словно пытался пронзить насквозь. Его глаза сузились, в них снова заклубилась Тьма, а чешуек на груди заметно прибавилось.

– Хочешь разозлить меня снова? – наконец опасно спокойно осведомился он, и когти на его пальцах стали заметно длиннее.

Я широко распахнула глаза.