Перевернутая жизнь

Из вещей ничего не осталось.

Тех фотографий нет.

Пришли и все выбросили чужаки.

Вместо Сары красуется Гала.

По прошествии лет

Серебро поменяли на куль муки.

Обитателям дома повезло.

Расстреляны во рву.

Не испытали скученности гетто.

Мгновенная смерть – не большое зло.

Превратились в траву.

И дети бегают по траве летом.

Тех самых молчаливых соседей,

Что живут в их доме,

Не зажигая свечей по субботам,

Дочка станет настоящей леди.

Живёт в Оклахоме

И на рояле играет по нотам.

Семьдесят, но вспоминает рояль,

Он стоял в гостиной.

И что-то было предательски странным.

Мамаша чужую мерила шаль

Из парчи старинной.

Книжный шкаф полон французских романов.

Отец в расстегнутой телогрейке

И мама с мороза.

Вся раскраснелась, беременна братиком.

В клетке тихо поют канарейки.

Чужая мимоза.

Немецкая речь, автомат, свастика.

Восторги, из нищенской хибары

Ушли в дом прекрасный

Где много детских игрушек, одежды.

Разбил свадебные снимки Сары

Фрол – деверь  мордастый.

Он коммунистами будет повешен.

Отец был не глуп, бежал с немцами.

Попал в Америку.

Сохранил семью, и дети все живы.

Выучил немного коммерцию.

Очень любил уху.

В саду посадил берёзы и иву.

Странно, теперь нарядная Сара

И гордый мужчина —

Лишь в памяти старой американки.

Непристойно красивая пара,

Улыбка раввина…

Где покоятся ваши останки?

Памятник своим убиенным родным я поставила на Беэршевском кладбище.

Теперь и у них есть свой, личный памятник, где указаны их имена. Да будет благословенна их память…

    Елена Ханина

***

Поэты ходят пятками по лезвию ножа

и режут в кровь свои босые души.

Владимир Высоцкий

О том, что она родилась поэтом, Елена Ханина знала с детства. Не секрет, что в детстве каждый из нас пребывает в особом душевном состоянии – поэтическом восприятии жизни.

Первые шаги по пути поэзии хорошо описаны автором в рассказе-воспоминании «Мой роман с литературой», где во множестве автобиографических подробностей отражены и первые уроки разочарования в столкновении с непониманием и недоверием сначала учителей русского языка и литературы в школе, а дальше, уже во взрослой жизни, и уроки неискренности первых литературных редакторов.