Турица моя злато-единорогая

Может быть, качество духовного сердца…

Горело ль духовное сердце, к примеру, у Ленина? Читал его – страсть: одни нерусские слова. И ведь увлёк же русских нерусью!.. И горячо откликнулось сердце Руси… Что угодно, только не царь, да?.. Коммунизм, капитализм, революция… Академический язык…

А врачам иностранные слова нужны, чтобы дурить людям головы. На самом деле всё просто. Но в простых родных слова горькая правда. Поэтому у лекарств иностранные названия.

Когда птицы запоют академическим языком, конец света наступит.

Недолго уже, думаю.

Люди теперь только вожделеют. И судьба, загубленная на корню, колет души, как арепей… Хотя предки репьём и лечили. Вон как приговаривали:

Царь-огонь разгорается,

Царю огню железный серп поклоняется,

Арепей-трава прилипчивая.

Арепей-трава отлипчивая,

Отлепись от бурого мяса, от лихого зуба,

От дурного духа, от бешеной собаки.

Будь моё слово крепким-крепко,

Твёрдым-твёрдо,

Твёрже горючего белого каменя. —

Так прабабушка мне зубки болящие лечила… А камень тот латырь называется… Лечила не просто словами, конечно…

В лечении главное не то, правильное оно или неправильное, научное или противонаучное.

А то, помогает лечение или нет.

Только не об этом сейчас я. А о том, что русские любовь к русскому вынули из сердца да на свалку Волоколамскую свезли.

И сейчас не Русь русские любят – Фе-де-рацию… Не русское название, тьфу!.. И упиваются, что всё теперь стало фе-де-ральное… При царе тоже нерусское слово входило в название страны – импе-ерия.

Но тогда русское только дворяне ненавидели – сливки общества… Потом страшнее – сам народ стал ненавидеть… А уж про сливки – молчу…

Успокоившись, Сашка вернулся. Ладони под голову подсунул. В потолок смотрит. Там муха комнатная рывками ползает.

– Зря, – говорю, – ты, Сашка, ненавидишь евреев, попусту нервы тратишь. – Снова за зебры его беру. – Давай посмотрим правде в глаза. Русское вытекло изо всех нас, как вода из ушата дырявого. Жидовство давно стало нашим, русским, народным.

А потому ненавидеть евреев – глупо. И имена у нас еврейские, даже самые козырные – Иван да Марья…

Ну, Сашка тут так дёрнулся, что перепугал муху на потолке и она, как ненормальная, стала носиться по палате и остервенело биться головой о стекло… Я тычу в муху пальцем и назидаю Сашку:

– Гляди, вот и ты так себя ведёшь. Не умно. А Марья – в честь Пречистой Девы Марии. До принятия веры еврейской не было Машенек на Руси, медведи одни.