Земля взаймы

Теперь человек должен переложить речь так, как он его чувствует.

Мой пересказ – мои чувства, мой вклад в движение за Жизнь.

,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,

– Белый человек, пришедший на наши и другие земли в погоне за своим благополучием и сытостью, хочет отобрать у нас не только землю, но и любовь к Земле. Он не хочет понять, как это много. Он заявляет, что оставит для нас места, где мы могли бы жить хорошо. А ещё он не устаёт говорить, что мы станем братья и сёстрами, а он – даже отцом всех, остальные будут его детьми.

Но нам известно, что это совсем не так. Ведь всегда было не так.

Белый человек не знает, что Земля – это Мать, и она живая.

Разве можно продать или отобрать цвет травы, неба, тепла, исходящих от Матери-Земли? Нам трудно понять такие стремления. Мы ведь не управляем цветом неба, ветрами, дыханием земли и течением воды. Как это можно отобрать или купить у нас? Это то же самое, что попытаться купить мысль во взгляде человека. Его тоску или радость, нежность или любовь?

Человек белой расы ничего не смог узнать и почувствовать за свою историю! Он только овладевал и владел, снова овладевал и владел.

Ел и наслаждался. Этого ничтожно мало для того, чтобы понять, что Земля – это Мать, и она живая.

Белый человек не хочет принимать мысли других, считая себя выше всех. Он не отличает один уголок земли от других, он не видит жизнь и красоту в разнообразии, он существо, которое появляется внезапно и берёт все, что ему требуется или чего он пожелает.

Так поступает вор, который хочет, чтобы его считали честным. Придёт время, и однажды он захочет съесть и нас. Ведь Земля ему не мать, но он идёт по ней и насилует её вместе с детьми. Он не хочет знать о могилах своих предков и долгах перед потомками. Он только болтает об этом, чтобы обмануть честных людей. Но и все его мысли украдены у людей, которых он пытается уничтожить.

Каждый наследует землю в долг у тех, кто придёт после него.

Белый человек думает, что может купить Мать-Землю и Отца-Небо, как животное или вещь.

Он пожирает мать и оставляет на своем пути пустыни. Я знаю, что он украдёт мысли и из моей речи…

Нам трудно это понять. Мы думаем совсем иначе, чем белый человек. Города его – это смерть для человечества. Там не может быть тишины. Там нельзя послушать шелест крыльев насекомых, распускание почек, блеяние ягнёнка, зовущего мать.

Шум и суета неживых вещей оскорбляют слух.