Думай об этом чаще. Сборник стихов

– Ну, иди, помогай, не справляюсь, чего ты застыл?

– Пап, да всё бесполезно, прости, но реальность жестка,

Потому, что ты создал и мир и людей из песка.

У провинциального вокзала

Под раскат гудков и стук колёс

У провинциального вокзала,

Спящему в кустах, бродяге нос

Шавка беспризорная лизала.

Уходило солнце за состав,

Становясь краснее семафора,

Чуть зевая, видимо устав,

Рупор объявил транзитный скорый.

За вагоном в даль бежал вагон,

Вереницей строчек по бумаге,

То ли снился дивный сладкий сон,

Бегло улыбавшийся в бродяге,

То ли влажный щекот языка,

Губы вверх заставил шевелиться —

Трудно разгадать наверняка,

Что ему тогда могло присниться.

Опускалась ночь, пустел вокзал,

Свежий ветер ринулся в атаку —

Он слега замёрз, открыл глаза,

Глянул на бездомную собаку,

Распахнул ладони, что есть сил,

Подозвав к себе и, будто в сердце,

Шавку одинокую впустил

От полночной зябкости согреться.

Обнял, как любимое дитя,

Пыльной шерсти ворох разутюжил,

И спросил, улыбчиво, шутя —

Может быть со мной в ларёк на ужин?

Указав рукой короткий путь,

Встал, в карманах мелочи нашарил,

Пригубил оставшейся чуть-чуть —

Как тебя там? Жучка или Шарик?

Шавка что-то гавкнула в ответ,

Слушая торчащими ушами,

И пошла за ним из тьмы на свет,

Пахнущий большими беляшами.

Где-то далеко шумел состав.

Вкусности поделены на части.

Быть одним на свете перестав,

Человек обрёл собачье счастье.

По понятиям

Я б у тех, кто понял жизнь, как понять её

Разузнал детали все в мелочах,

Про людские и другие понятия,

И нашёл, быть может, смысл в речах,

Не хромающего вспять здравомыслия,

Не идущих слов с делами в разрез,

Чтоб увидеть всё, как есть, не двусмысленно,

Разночтений искажающих без,

И наигранного выгодой мнения

Кэшем мереного против и за,

А пока в обратном нет и сомнения,

Потому, что есть чутьё и глаза,

На спектакль комедийный смотрящие,

И другие без купюр номера,

В коих комерсы на рынке стоящие,

На кичман попав, кричат мИ вора,

Да к хозяину заходят с поклонами,

Под себя трактуя всякий закон,

Обколовшись куполами, иконами.