Третий возраст

При моей всегдашней любви к нереалистическим ситуациям, след в памяти оставил советский научно-фантастический роман Г. Мартынова «Гианэя». Сюжетную линию толком не помню, но книга тогда показалась мне взрослой, всамделишной. Действие происходит в будущем, в 20-х годах XХI-го века (можно сказать, теперь нынешнее время). Инопланетный корабль взрывается. В живых остается одна девушка по имени Гианэя. Инопланетянка обладает сверхбыстрой реакцией, нечеловеческой силой и неутомимостью, зрением за пределом видимой для людей части спектра.

Вот эта девушка-то и произвела на меня неизгладимое впечатление. Я даже стихи, которые пописывала в ту пору для себя, подписывала псевдонимом «Гианэя».

Сейчас в Гонконге создали киборга Софию, по образу и внешнему подобию Одри Хепберн, в шутку пообещавшей уничтожения человечества. Я не закоренелый консерватор, не приветствующая новшества, но верю в возможность перевоплощения фантастических идей в реальную действительность. Ведь со временем даже фантастика становится реалией.

Так, Г. Уэллс еще в 19 веке описал лазер, бомбежки;

А. Кларк в 1945 году предвидел искусственные спутники Земли;

Р. Брэдбери писал о поездах на воздушной подушке, упоминал замок, открывающийся приложенным к нему пальцем;

А. Азимов предсказал 3-D фильмы, интернет.

И что же будет через 100 лет? Прогресс, движение к передовому, однозначно, – нужно! В эпоху разума в тренде искусственный интеллект. И святое писание подтверждает, что со временем человечество сделает многое для увеличения знаний.

Но с некоторой оговоркой: чем больше знаний, тем быстрее дни подходят к концу, дар знания людям станет не нужным.

Куда исчезла Атлантида? Или и не было вовсе этого огромного затерянного материка? Может, просто сочинил красивую басню греческий философ Платон с целью предупреждения власть имущих и предостережения о риске оскорбления богов в попытке сравняться с ними? Ведь мы мечтаем об идеальном обществе, в котором бы люди жили мирно и счастливо.

Кстати сказать, Аристотель не верил Платону, что Атлантида действительно существовала. В этих спорах и прозвучала фраза «Платон мне друг, но истина дороже».

Мне нравилось не просто все необычное, но и хотелось объективно познавать мир, совершать какие-то благородные поступки, участвовать в грандиозных событиях, жить для других людей, принося пользу. Словом, объять необъятное.