Мой дядя Пир-Будаг

Он сказал старосте собрать к полудню всех членов нашей коммуны.

Местом сбора назначили целинное поле. К указанному времени мужчины пришли.

Пострадавшие и обвиняемые долго спорили. В конце концов, представители власти вынесли решение оштрафовать виновных, разложив всю сумму штрафа подымно, то есть на каждый дом. Возмущенные жители соседнего села грозились написать жалобу городским властям, но, видимо, раздумали.

В оставшееся время года дядя Арслан-Бек занимался с дядей Пир-Будагом своим хозяйством.

Они накопали лучшей глины возле одного аула, привезли ее во двор, потом, поднимая в мешках и плетенных корзинах на крыши комнат и сеновалов, намазали их, чтобы не капало с потолков во время дождей и снегопада.

Перед уборкой урожая дядя Арслан-Бек собрал членов своей коммуны, расчистил и расширил дорогу, ведущую к целинному участку. Потом они вырыли канаву, обложили ее голышами и повернули в сторону коллективного поля русло родника, который выбивался из-под скал «Убежища шайтанов».

Урожай со своих полей в том году собрали хороший, накосили и заготовили сено.

Осенью дядя Арслан-Бек хотел поехать в город, но дедушка удержал его, сказав:

– У мужчины должно быть одно слово. Раз ты обещал обществу остаться с ним и заниматься земельными делами, выполни обещание.

Дядя Арслан-Бек остался, и всю зиму скучал от безделья.

Весной, сказав писарю Дауду, что оставляет его своим заместителем в коммуне, дядя Арслан-Бек уехал в город, не объяснив причины отъезда.

Настроение у членов коммуны было упадническое, судя по моим теткам Райганат и Хадиже. Они говорили:

– Зачем ему нужно было связываться с этой целиной, отнятой у соседей? Сколько труда вложили и без толку. Разве эта каменная ограда со стороны соседской межи может служить преградой для проникновения на поле?

В общем, моим тетушкам не нравилось коллективное поле.

Дядя Арслан-Бек не задержался в городе. Через неделю мы получили известие, что он в райцентре, требует прислать ишаков с мешками.

Сначала мы думали, что дядя привез пшеницу или горох. Но потом узнали, что он везет картошку прямо на целинный участок. Члены коммуны снова воспряли духом, взяли лопаты, пошли сажать. Все-таки в таком месте на корнеплоды было больше надежды, чем на пшеницу.

Посадили на всем поле. Несколько человек, выбывших из коммуны по собственному желанию, теперь сожалели, просились обратно, но им отказали как «неустойчивым элементам».