День, когда он вернулся

За дверью была комнатка не больше трех квадратных метров, и посреди нее на маленькой подставке, прикрученной к стене, стоял древний доисторический аппарат. Трубка телефонная была очень громоздкая, и барабанный механизм с десятью цифрами он в первый раз видел. Люси подошла к аппарату и, взяв трубку, спросила: «Номер говори». Он немного замешкался и сказал: «Номера, наверное, в машине есть, я не помню». – «Кому позвонить хочешь, матери?» – «Нет, у нее телефона нету. Джорджу». – «Он не сможет говорить», – прошептала Люси.

 – «Умер?» – дрожащим голосом произнес Гриша. «Нет, он в больнице, с ним произошел инцидент один лет десять назад». – «Какой?» – все сильнее погрустнел и в голосе, и в своем помятом виде он. «Я тебе расскажу. Но немного попозже. Может, помимо них есть кому позвонить?» – «Нет, нету». – «Тогда пойдем отсюда и поговорим, я тебе все расскажу подробнее». Гриша вышел из комнатки, и за ним подымалась по ступенькам Люси, он уже направился в номер, но она его остановила и сказала: «Пошли за мной». Он молча развернулся и следовал за ней, она, прижав руки к животу, скрестив их, шла, словно немного замерзла. Они дошли до комнаты с белой дверью, и, открыв ее, он увидел, как по маленькому коридорчику в разные стороны были двери кабинетов или палат. Она открыла первую же дверь, и они вошли. Возле стены, слева от двери, стояла кушетка, а дальше у самой стены, напротив двери, была койка. На стене, напротив кушетки, располагались маленькие ящички. Она показала рукой на кушетку, и сама стала копаться в ящичках. Достав из них различные контейнеры, положила их рядом с ним и скомандовала: «Раздевайся». Он с трудом стянул комбинезон и сидел в одних трусах перед нею. Она, вставив в пистолет ампулу, вколола ее содержимое в вену на руке. И тщательно стала рассматривать его тело, ища белые вкрапления на нем. Окончив осмотр, стала обрабатывать его раны и спускать кровь с кровяных мозолей по его телу, которые обильным количеством покрывали его сухую фигуру. «Ты мне обещала рассказать», – немного прикрывая глаза, произнес он, когда она, не жалея его, стала жгучей смесью, похожей на йод, обрабатывать открытые ею надрывы. «Потерпи, как закончу, расскажу, молчи и не отвлекай меня», – не отвлекаясь от своего занятия, произнесла. Он смиренно сидел, иногда передергиваясь от ее движений скальпелем. Она его около часа уже мучила, и журчание его желудка отвлекло ее от более тщательного продолжения.