Времена года. Лирический цикл

Смотрины ольховые

Апрель ворочает, что хочет,

течёт ручьями – лето прочит,

снегом пугает и стрекочет

сверчком за печкой долгой ночи.

Цветень мелькает солнцем с лаской

ярких лучей, меняет маски:

то в дождь подстрочит белые заплатки,

то градом бьёт по листьям без оглядки,

то тучи гонит хмурой плетью, грохнет дверью,

то радостно заплачет, запоёт капелью,

стужей в ночи грозит, а днём, как лето, дышит

и ластится, крутит хвостом,

а чуть что – убегает мышью,

но всё же за собой зовёт, в рощу уводит

к берёзам, вербам, первый хоровод заводит,

подснежниками нежными восходит

на островках, как отмель половодья,

холодными руками прижимает крепко

к тёплым деревьям, почки народили деток.

Каштанов листья —

пальцы рук с подбитой кистью,

как будто заигрались с ивой,

заболтались в её тонких плетях,

Слепыми ветрами слегка растревожены эти

маятники мировой круговерти.

Встреча солнца с месяцем

Непогода плещет воду. Буйный ветер разгребает

гибкие ряды деревьев с ходу, ярость утихает,

чтобы с силами собраться, вобрав воздуха побольше,

выдуть немощь, разыграться и гулять как можно дольше.

Ночь разгонит рать дозора в небе, скрытом облаками,

через них луна с задором светит. Радостно кострами

жгут подвешенные лампы, мечутся в тревожном свете

листья, ветви. Дождя капли секут смело рваной плетью-

семихвосткой – нет покоя, дело ль видано, сегодня

пришло время для разбоя.

Знать бы, где таятся смыслы недосказанных, послушных,

малодушных фраз и криков. В том неистовстве пирушном?

Кубки катятся на землю. Птицы прячутся на крышах,

грохот, пир, поют всё время бога кузнецы. Ты слышишь

сердце наковальни мира? Здесь куются ураганы,

и как сноп взлетают искры под ударами титанов.

Пыль летит в тартарары, и нет в душе успокоения,

летят стрелы сквозь седины тучи. В колокол забвения

долбит темень – зыки, звоны, гул. Свобода с лиходейством

подружились ненароком. Не окончились бы бедством

суета беспечных вспышек и сумбур душевных пыток,

когда утро разольётся молоком и мрак сквозь сито

уберётся восвояси, предоставив свету время

разглядеть в промокшем царстве, где взошло живое семя.