А я до сих пор жива. Исповедь особенной мамы

Боже! Ежели бы знать! Мои слова «Я ко всему всегда готова»… К этому нельзя приготовиться.

Моё состояние сказалось–таки на наших отношениях с Павлом. Я себя не понимала. Как ему понять меня? Никак.

О любви не мечтаю

И совсем не хочу.

Погасило ненастье

Мне «на счастье» свечу.

Слёз солёных поток

Всё унять не могу

Жизнь торопит меня.

Я на месте бегу.

Солнце яркое здесь

Вдруг привиделось мне.

Но закрыто окно.

Только блик на стене.

Мы решили пожить отдельно. Не могу принять такой любви и таких отношений, когда счастье пополам, а вот, если тебе плохо, то это только твоё.

Выберешься – сообщи, я вернусь.

Мне было всё равно на тот момент. Закрылась. Ушла в себя, как улитка в раковину, лелеять свои жемчужины. Я потеряла счёт дням. Не понимала, где утро, а где вечер. Казалось, что схожу с ума. Прошла вечность секунд, минут, часов, дней…

22 июня. Опять ночь. Вечная ночь уже. Я не могла дышать. Не могла просто вдохнуть. Болело всё. Сознание мутилось. Мне казалось, что схожу с ума от неизвестности и боли.

Я, всегда такая сильная, стала такой слабой, что не могла передвигаться по дому.

Больно. Как до безумия больно

Солнечным светом дышать.

Птицей – подранком, но вольной

Мне в небесах бы летать.

Только не сердце, а камень –

Тяжесть от жгучей тоски

Тянет на дно меня, тянет.

Кровь разрывает виски.

Всё мне совсем непонятно.

Я умираю опять…

Звуки, как ржавые пятна…

Господи, сколько страдать?!

Я вспомнила Димкин госпиталь.

Тогда тоже было лето и от него также не было никаких известий почти целый месяц. В то время я видела сон. Ясный и страшный. Я сижу на облаке. Сынуле 5 лет в моём сне и он падает на землю. Я кричу, пытаюсь поймать его руку. Внизу зелёная трава. И такое яркое солнце было в моём сне. А сын падает. Вижу его огромные глаза. От страха проснулась. В тот раз всё обошлось.

23 июня утром мне сообщили, что сына больше нет. Он погиб в ночь на 17 июня. Тихо сползла по стенке. Не могла поверить в то, что мне сказали.

Мой мальчик, везунчик, счастливчик, выходивший из любых ситуаций целым и невредимым… Нет! Нет! Нет!

«Скорая», уколы. Я не хотела жить, я не хотела дышать. Младший сын. Павел. Друзья.

Моя подруга сообщила отцу о гибели сына. Он не приехал, новая жена не пустила.

Бабушка Тая тоже не смогла приехать к любимому внуку – она «ушла» 12 мая, о чём и сообщили в отделении милиции.

Все близкие мне люди были рядом. Я впала в ступор.