Вкус эмоций

Находилась она в соседней палате от Кима, а значит, преград для общения практически не было. Стены были тонкими, и громкости обычного голоса хватало, чтобы слышать друг друга.

–Ты бы бросил это дело, – грустно ответила Сара.

–Извини, но не могу, – так же грустно ответил Ким. – Это уже привычка, и с этим ничего не поделаешь.

–Ну, как знаешь. Я не могу управлять твоим сознанием, чтобы ты перестал каждый день приходить сюда. Я… – Сара в протяжении почти половины минуты смотрела в одну точку полностью лишенным осмысленности взглядом, не произнося ни слова.

Ким небрежно проследил за направлением ее глаз, но как всегда не нашел чего-либо необычного на стене, куда смотрела Сара. С ней это случалось постоянно, так что Ким за девять лет знакомства уже почти привык к ее постоянным «уходам из этого мира».

–Я бы хотела тебе сказать, что твои выходки сказываются не только на твоем пребывании здесь, – заявила она серьезным тоном, отойдя от ступора. – но и на пребывании всех больных. Ты же знаешь правила: один врач раздражен – всем пациентам плохо.

–Да, да, знаю этот ваш КПП, «Кодекс Правильного Психопата», – отмахнулся Сталлен. – Но я не могу ничего поделать. В последнее время я просто не могу оставаться здесь, – вздохнул Сталлен. – Мне надоело находиться в этих душных ограничениях белых стен! Надо отсюда выбираться!

Сара только скромно покачала головой.

А тем временем уже подходило время обеда.

Глава 2

Уже было время обеда, когда в квартире Руперта и Карен воцарилось молчание.

Тишина повисла в воздухе. Легкое, но в то же время вполне ощутимое напряжение ощущалось в отношениях между отцом и дочерью. Все время с утра до этого они только и делали, что спорили насчет того, стоило ли Карен выходить рано утром из дома, и что бы смог сделать отец, если бы был на ее месте. В конце концов, пришли к тому, что Карен не представляла, что это может быть опасно, а Стоун-старший сделал бы то же самое.

Мясо заманчиво шипело на сковороде. Масло кипело, яростно обрызгивая всякого подошедшего к сковородке, а кусочки мяса радостно подпрыгивали от высокой температуры.

Паста уже была приготовлена, и Руперта притягивал опьяняющий аромат, доносящийся из кухни. Он уже давно простил Карен хотя бы за то, что она так хорошо готовит его любимое блюдо.

–Как же люблю свою дочурку, – уже спокойным голосом сказал он, обняв Карен сзади и поцеловав в затылок. Карен улыбнулась.

–Не злишься на меня? – по-детски спросила Карен, насупив нос.