Священный путь. По следам «Пира»

Заброшенная судьбою в далёкий город роскоши и храмов, Тамира оказалась гостьей в одной из традиционных семей той эпохи…

Утром, как обычно, за завтраком собралась вся семья, состоящая из Каллисты, её мужа Анатолия, человека приятной наружности, добродушного и немногословного, и двоих детей – дочери Анастасии и сына Матвея.

– Матушка, можно мне пойти за ягодами вместе с девочками? – спросила Анастасия после того, как закончилась трапеза.

– Конечно, доченька. Только помни об осторожности, когда будешь в лесу, – мягко ответила женщина, с любовью глядя на своё дитя.

– Хорошо, матушка. Я помню, чему меня учили. Не переживайте.

Каллиста, ласково погладив дочь по голове и благословив, перекрестила её.

– Матушка, а можно мне тоже отправиться с сестрой? – спросил Матвей.

Однако Каллиста, мгновенно посуровев, сказала:

– Нет, сынок. Это исключено. Ты ещё не выучил урок, а поэтому даже не смей думать о подобном.

Тамира, став невольным свидетелем беседы матери с детьми, слегка растерялась от столь разительного контраста в отношении Каллисты к сыну и дочери: насколько любимой казалась девочка и насколько нелюбимым был сын.

А вечером, после того, как Анастасия вернулась, Каллиста разрешила ей послушать сказку отца о приключениях доблестных героев, которую он обычно рассказывал дочери перед сном. Матвею же мать приготовила в качестве ночной сказки нечто иное: поведав сыну историю о том, как Исаак, во всём послушный отцовской воле, с готовностью отправился на заклание, но был чудесным образом спасён самим Богом, Каллиста отправила ребенка спать.

В ту ночь Тамира захотела испить воды и, тихонечко выйдя из своей комнаты, направилась в сторону столовой. Неожиданно девушка услышала всхлипы, доносившиеся из спальни Матвея. Осторожно открыв дверь, Тамира замерла от удивления: возле постели сына сидела Каллиста и лила горькие слёзы.

Обернувшись, женщина встретилась глазами с Тамирой. Почувствовав неловкость, княжна поспешила ретироваться и отправилась в столовую.

– Ты, наверное, думаешь, что я – самая странная и жестокая мать? – спросила она.

– Что вы, госпожа Каллиста! Напротив. Я вижу, как сильно вы любите своих детей, – мягко ответила Тамира, по-прежнему чувствуя себя неловко из-за того, что увидела.

– Да, но я подозреваю, что тебе непонятно то, как я могу так жестоко и требовательно относиться к сыну, когда он бодрствует, и так ласково, пока он спит.