Потерянный локон

Расстались они взаимно довольными, Фокин пообещал позвонить, когда узнает что-то конкретное, хотя, что он должен будет сказать, в уме его еще не созрело, но, как говорится, утро вечера мудренее, на досуге к нему должна была прийти гениальная мысль по этому поводу. Загружаться этим вопросом он не стал и вновь вернулся мыслями к канители, закрученной «Опекой» и командиром части.

С утра он уже дал запрос в аналитический отдел на фигурантов «Опеки» и командира части, там уже, наверное, все было подготовлено, благо с девчонками из аналитики у него отношения были хорошие.

Но сейчас кроме старух, секретаря там никого не было. Чтобы скоротать время, Фокин подошел в паспортно-визовую службу попить чайку. Купленная по дороге коробка дорогих конфет и тортик, предназначавшийся в отдел анализа пошли на стол девчонкам паспортного, тем более Фокину самому не терпелось выпить чашечку чая и дослать кусочек торта к закрутившему в желудке съеденному беляшу. В ходе чаепития Фокин не упустил возможности рассказать пару дежурных анекдотов. Удивительно, но он, благодаря своему какому-то дару, умел нравиться людям, казаться удивительно простым и открытым, хотя это был просто опыт работы с людьми. Фокин умело чувствовал, что хотят видеть в нем люди, хитро это изображал и преподносил. Раньше это требовало от него какого-то внутреннего напряжения, но со временем это выработалось в привычку, и теперь он входил в контакт налегке и всегда удачно. Ему все всегда были рады, благо язык у Фокина был подвешен неплохо, отсутствием чувства юмора не страдал. Во время непринужденной беседы он в очередной раз заметил, как беззаботно девчонки паспортного относятся к документам – на столах лежали незаполненные формуляры, недопечатанные паспорта и прочие документы, некоторые, причем, с грифом «Секретно». А щебетушки бегали по своим женским делам, суетились с чайниками и посудой, оставляя кабинеты с настежь открытыми дверями. Во время этой суеты Фокин оставался один и, между прочим, успел ознакомиться с секретной телетайпограммой, лежавшей на одном из столов. Ничего интересного он для себя из нее не почерпнул – она регламентировала усиление внимания и контроля выдачи паспортов лицам кавказской национальности, в связи с возможными терактами. Никаких замечаний по поводу отношения к документам Фокин никогда не делал, – зачем было быть занудой, у паспортной службы были свои начальники, от которых девчонкам и без него доставалось.