Дорога домой

А вареньице-то из Киева – прихожанин один аж ведро привез. Дай Бог ему прощения! Печеньице вот московское, а сухарики местные. Кушай себе на здоровье, милая! Кушай.

Пили чай молча, не поднимая друг на друга глаз. Наконец, отец Василий обтер полные губы и удовлетворенно вздохнул:

– У нас тут гости из стольного града бывают последнее время частенько. Слыхала?

– Слыхала, батюшка! – закивала Анна Гавриловна, невольно переходя как обычно, когда находилась около священника, на книжный, патриархальный язык.

– Так ты уж полгода благодаришь-то! А я ведь о другом.

Священник оглянулся вокруг себя, посмотрел на появившегося в углу сада садовника-француза, крупного, молчаливого старика, и приблизил лицо к Анне Гавриловне:

– Я вот о чем, дочь моя. Ты бы мужа своего порасспросила. Земля слухами полнится – будто в Москве готовят какие-то люди, ну, как бы сказать, скандальчик один. Будто бы власть к смене идет! Сильные мужи хотят слабых заменить.

Анна Гавриловна захлопала глазами.

– Не слыхала? – прищурился отец Василий и строго, из-под бровей стал буравить Анну Гавриловну пристальным взглядом.

– Не слыхала, батюшка! Ой, не слыхала! – снова запричитала Анна Гавриловна, внутренне ужасаясь своему тону, от которого веяло придуманной кем-то в советском сказочном кинематографе кукольной стариной. – И Саша мой ничегошеньки не говорил. Так мы ведь далёко от родины-то!

– И мы далёко! – не унимался священники, – А все равно слухи до нас доходят.

– Откуда же? Как же?

– Намедни к Патриарху обратился один большой человек и спросил не то чтобы благословения, а, как бы сказать… чтобы церковь поддержала смену светской власти. Мол, антихрист изгнан, и на трон взошел избранный народом-богоборцем человек.

– Боже милостивый! А кто ж тот человек-то? – побледнела Анна Гавриловна, вдруг необыкновенно остро почувствовавшая в этой новости опасность для себя и мужа.

– Это нам неведомо! Но мы хоть и маленький приход, а всё радеем душой за веру, за православие.

Отец Василий извлек из закатанного рукава бумагу и помахал ею перед носом Анны Гавриловны, потом спрятал обратно.

– Выходит, готовится нечто важное. И мы должны знать, что нас ожидает. У нас ведь тут тоже служба! Мы как солдаты – «дан приказ ему на запад, ей – в другую сторону».