От древних греков до наших дней

И что тогда делать ей, единственной представительнице рода Эрихтония? Не будет у неё власти, как не будет и сына… Но у кого бы уточнить? Может, у старого слуги?

– Эй, любезный!

– Да, госпожа!

– Знаешь ли ты кого-нибудь, с кем мой муж мог… того… Ну, сам понимаешь…

– Как не знать? Была у него рабыня… Очень симпатичная…

– Ну, и…

– А потом куда-то исчезла…

– И…

– Говорили, не случайно… Вроде, господин её куда-то отправил… Чтоб никто не видел…

– Может, в Дельфы и отправил?

– Может, и так.

Здесь хорошо: горы, воздух, боги неподалёку… Да, пожалуй, сюда и отослал.

Креуса побледнела. Это было уже слишком! Сын рабыни будет ею командовать? Не бывать тому!

Старик, внимательно наблюдавший за женщиной, всё понял:

– Есть один выход, госпожа: напиток богов… Тот самый… Сама знаешь…

Ещё бы не знать! Капля крови ядовитой горгоны. Похлеще любого цианистого калия! И пир очень кстати. Вот уже и столы сдвинули…

Однако, в последний момент всё сорвалось.

Уже и кубок был наполнен отравленным вином, и тост соответствующий произнесён… Только вдруг кто-то из присутствующих, без всякого на то повода, выразился нелитературно и тем самым оскорбил слух Иона, не привыкшего к подобным нарушениям божественной гармонии. Понял юноша – не к добру это – и вылил кубок на землю. Глупый голубь подскочил, клюнул – и издох.

Стало ясно: это покушение. Но кто покушавшийся? Последний, кто касался кубка – старый слуга. Но он, явно, всего лишь исполнитель.

Нужен заказчик…

Старик долго отпирался, но, наконец, не выдержал и указал на Креусу. Это Иону сильно не понравилось. Казнить её! Со скалы сбросить!

Однако, распорядиться судьбой отравительницы могли только старейшины. Пришлось их уговаривать. Уговорил…

Вся эта волокита отняла довольно много времени, но когда вердикт был всё же утверждён, бедной Креусе только и оставалось, что молиться Аполлону о смягчении своей участи. Всё это время она пребывала на жертвеннике дельфийского храма.

Бога уговорить не удалось и Ион лично примчался в Дельфы, дабы привести приговор в исполнение.

Вот вам и праведное воспитание.

Но недаром Аполлон слыл не только насквозьвидящим, но и далекоглядящим. Спешащий за своей жертвой Ион неподалёку от храма нос к носу столкнулся… со своей воспитательницей-пифией, шедшей исполнять служебные обязанности. В руках у неё – корзиночка. Та самая, в которой когда-то и оставили подкидыша.