Светлеющие кущи. Миниатюры, отрывки и варианты

И, как ни странно, это по-своему помогало. В перерывах между приемом таких «лекарств» отец и дядя задавали им одинаковые вопросы: «Время, так же как и мы, залечивает раны, порезы и по кускам собирает свою амуницию?»

Я чувствую, что обязан помочь им, и для начала мне надо найти для отца и дяди новые доспехи.

.

Целомудренность

Я очень целомудренный человек и боюсь поддаться греху. Я окружен людьми, которые часто грешат. Раньше всё было иначе, когда-то давно это я был заядлым грешником, окруженным праведниками.

Так они хором говорили, приходя ко мне. И я верил.

Бегство и немилость

А теперь я расскажу о человеке, которого стал преследовать. Моя немилость к нему велика. Я страшно ополчился на него. Я преследую его уже очень долго, почти две недели. Так чем же этот человек навредил мне? Оскорбил? Поступил неправильно по отношению ко мне? Да, кое-что он натворил, но пусть это останется между мной и им.

Мое преследование началось так. Мы стояли лицом друг к другу на площадке возле какого-то высокого здания, вдруг он резко развернулся и быстро побежал в сторону парковой аллеи.

Там негде спрятаться, аллею образуют невысокие деревца с тонкими стволами и два ряда коротко стриженных кустов. Человек может только пробежаться по ней от начала до конца.

Я побежал следом, я не должен был упускать его из виду, я не хотел, чтобы он убежал далеко, а то и вовсе пропал.

Мы миновали аллею и бежали по улицам. Он перемещался от одного фонарного столба к другому, я не отставал.

Он забегал за угол одного здания, потом моментально сворачивал за угол другого и скрывался за ним. Но мне хватало сил и выносливости продолжать погоню.

Мы бежали друг за другом по улицам, по которым шли люди. Я заглядывал в лица встречных и при этом на миг упускал из виду свою жертву. Потом вертел головой, отыскивая его среди прохожих. Он поспешно пробирался сквозь толпу, расталкивая людей, подгоняя, сбивая с ног, и успевал на бегу оборачиваться в мою сторону.

Я бежал за ним.

Мы пробежали несколько улиц и проспектов, наконец он свернул в сторону фонтана и понесся вниз по лестнице, ведущей на набережную. Я повторял все его маневры. Добежав до набережной, он внезапно остановился. Я тоже. Он смотрел на реку.

Я знал, что могу причинить ему вред, избить, покалечить. Он это тоже знал и потому пытался убежать от меня. Он был одиночкой, ему не от кого было ждать помощи, никто не мог спасти его от меня.